Прогулки по истории химии

Химия и химики: попытка уничтожения
Леенсон И.А.
(«ХиЖ», 2013, №12)

s20131264 chim.jpg

В статье, завершающей в этом году «Прогулки по истории химии», речь пойдет не о мрачном Средневековье. Как когда-то инквизиторы выискивали ересь — отклонения от «единственно правильного» христианства, так в сталинские годы новые инквизиторы выискивали отклонения от другой религии — «единственно правильного марксизма-ленинизма». Не это ли предвидел в 1909 году Н.А.Бердяев, когда писал: «Нужно наконец признать, что "буржуазная" наука и есть именно настоящая, объективная наука, "субъективная" же наука наших народников и "классовая" наука наших марксистов имеют больше общего с особой формой веры, чем с наукой».

В середине ХХ века советская власть, покончив со свободой творчества в литературе, театре и музыке, решила построить биологию, физику и химию. С биологией и кибернетикой это удалось, а с химией произошло вот что. В июне 1951 года состоялось совещание по теории химического строения в органической химии. С большим докладом вместо А.Н.Несмеянова (он очень кстати заболел накануне совещания) выступил академик А.Н.Теренин. Докладчик говорил об идеалистической сущности теории резонанса Лайнуса Полинга (тогда его фамилию транскрибировали как Паулинг) и теории мезомерии Кристофера Ингольда, но говорил в сдержанном тоне. Однако некоторые участники совещания были настроены более агрессивно и рвались устроить в химии аналог «лысенковской» сессии ВАСХНИЛ. Случись это, теоретическая химия в стране была бы отброшена на десятки лет назад, как это произошло с биологией и кибернетикой. Лавры Лысенко от химии снились профессору Военной академии химической защиты Г.В.Челинцеву. Он обрушился с критикой на «наиболее активных пропагандистов теории резонанса», назвав 26 химиков, в том числе президента АН СССР А.Н.Несмеянова. Об атмосфере на совещании лучше всего скажут отрывки из его стенограммы.

Г.В.Челинцев. Доклад преследовал одну цель: получить санкцию советской химической общественности на действия ингольдистов-паулингистов в направлении маскировки лженаучной мезомерно-резонансной теории, подавления ее принципиальной критики, укрепления монополии ингольдизма-паулингизма в советской химической теории… Повинные в тяжелых ошибках культивирования духа раболепия и махизма в советской химической науке товарищи чувствуют себя на этом совещании хозяевами положения: они далеки от прямой большевистской самокритики и не стесняются в средствах для дискредитации своих противников. Такими противниками, что и требовалось доказать, оказались не козлы отпущения — Сыркин и Дяткина или полукозлы — Волькенштейн и Киприанов (смех) ... Моя шестилетняя напряженная деятельность по внедрению диалектического материализма в химию, по изгнанию духа раболепия и махизма из советской химической науки, по критике мезомерно-резонансной теории и развитию теории Бутлерова расценена в докладе комиссии только как работа по привлечению внимания химической общественности к критике теории резонанса... Я считаю своим долгом назвать имена наиболее активных пропагандистов, сторонников или защитников лженаучной мезомерно-резонансной теории.

Вопрос. Каким образом на одном и том же атоме... одновременно могут быть и плюс и минус?

Г.В.Челинцев. Тиофен изображается таким образом, что на сере пишется с одной стороны плюс, а с другой — минус.

Вопрос. Считаете ли вы, что поведение электронов в молекуле бензола определяется законами квантовой механики?

Г.В.Челинцев. Я не считаю вообще, что какое-нибудь природное явление определяется какими-нибудь законами, созданными абстрактной наукой.

Философ А.А.Максимов. Теория резонанса — порождение растленной идеологии англо-американской империалистической буржуазии, враждебной от начала и до конца передовой материалистической науке.

Писатель В.Е.Львов. Сплоченная группка лиц, включающая М.В.Волькенштейна, Т.И.Темникову, Б.А.Порай-Кошица, действуя в течение ряда лет в ленинградских вузах и исследовательских институтах, развращала молодые научные кадры, обрабатывая их в духе англо-американской «теории» резонанса. Серьезной политической ошибкой явилось включение под одну рубрику крупнейших советских ученых и ничтожнейшей группки агрессивных и неразоружившихся идеологов резонанса... Самой важной политической задачей для советской химии сегодня является задача: изолировать количественно ничтожнейшую группу нераскаявшихся идеологов резонанса и заставить ее идейно разоружиться. Это пока еще не сделано… Я горжусь званием советского журналиста, пишущего по идеологическим вопросам естествознания, и до последнего дыхания буду вкладывать мой малый вклад в дело борьбы с врагами марксизма- ленинизма… моим общественным долгом советского журналиста было поделиться с этой трибуны известными многим советским людям фактами, касающимися идеологически вреднейшей деятельности группочки ленинградских резонанщиков.

Вопрос Т.И.Темниковой. Присутствовал ли Львов хотя бы на одном из моих выступлений?

В.Е.Львов. На этот вопрос я отвечать не буду.

Т.И.Темникова. На каком основании Львов, причислив меня к пропагандистам резонанса, отказывается ответить на вопрос?

В.Е.Львов. На основании моего нежелания заниматься этим вопросом.

Очень смелым по тем временам было зафиксированное в стенограмме «Особое мнение действ. члена АН УССР Е.А.Шилова». Он сказал, что считает «…ненужными нынешние схоластические споры и рассуждения на темы о том, где кончается резонанс и начинается мезомерия, чем «здоровая» мезомерия советских авторов отличается от «порочной» мезомерии Ингольда, могут ли идеальные структуры считаться вместе с тем реальными и т. п. В результате силы и время советских органиков были бы сохранены для настоящей продуктивной работы».

В заключение процитируем химика-органика, автора нашего журнала О.Ю.Охлобыстина: «До крови дело не дошло... Почти не пострадали и те очень немногие химики, которые отказались участвовать в этом спектакле». Действительно, Я.К.Сыркин и М.Е.Дяткина были всего лишь уволены, М.В.Волькенштейн отделался отстранением от преподавательской работы.

Но и после смерти Сталина идеология еще долго давала о себе знать. В ноябре 1981 года председатель СО АН СССР академик В.А.Коптюг заявил: «Когда в прошлом с философских позиций критиковалось понятие резонанса в химии... это, с моей точки зрения, было верно». И лишь с отменой шестой статьи Конституции СССР о руководящей роли КПСС философы перестали хватать за ноги химиков. Но у них нашлись продолжатели — политики.

Вмешательство политиков в науку более опасны, чем кажется на первый взгляд. Вот что писал нобелевский лауреат Роалд Хоффман (нобелевский лауреат и наш автор): «Дискуссия о теории резонанса оттолкнула молодежь в России от теоретической химии на много лет, по крайней мере, на десять лет... В те времена молодой талантливый русский химик или физик, решая, чем заняться, выбирая между теоретической химией и чем-нибудь еще, получал предупреждение, неписаное и не высказывающееся вслух, что это опасно».

Поэтому то, что вытворяют сейчас с российской наукой, опасно для страны и губительно для науки — и гораздо более губительно, чем кажется.


Еще по теме

С древних времен до нас дошло рассуждение о разрезании яблока. Можно ли продолжать процесс деления (любого тела, конечно, а не только яблока) бесконечно, получая все более мелкие частицы? Или же на каком-то этапе мы получим такие крошечные тельца, которые дальше уже разделить нельзя? Во втором случае материя будет не сплошной, а зернистой. >>
Алхимиков, работавших в Средние века , нельзя назвать учеными в современном смысле этого слова. Они руководствовались какими-то теориями, однако не делали попыток проверить их экспериментально. Они снова и снова повторяли манипуляции, пытаясь провести их «правильно». По представлениям алхимиков все, что нужно, уже было сказано жившими до них авторитетами. Для успеха необходимо только скрупулезно выполнять их заветы. Поэтому алхимию следует признать не наукой, а ремеслом и отчасти — искусством. >>
Первые химические знания люди получили, когда научились использовать огонь (обработка пищи, выплавка металлов, обжиг керамики), брожение сахаристых веществ и приготовление косметических составов. Косметикой пользовались в доисторические времена, а она невозможна без химии. >>
Когда говорят «иероглиф», обычно вспоминают древнеегипетские стилизованные рисунки и таинственные китайские значки, обозначающие слоги, целые слова и понятия. Можно считать, что знаки любого алфавита — это тоже иероглифы, только они обозначают отдельные звуки. Тогда и уравнение химической реакции записывается иероглифами. >>
Если химиками считать также алхимиков, то и среди них можно встретить немало женщин. Более того, именно они были первыми химиками, что неудивительно: у плиты совершаются самые разные химические превращения. >>
В XVI веке закончился тысячелетний алхимический период и начался «период объединения», когда в химию влились иатрохимия — приготовление лекарств и «пневматическая химия» — свойства газов. В это время в химии работали и женщины. >>
Жизнь немецкого химика и алхимика Иоганна Рудольфа Глаубера (1604—1670) пришлась на период расцвета ятрохимии. Эта наука своей основной задачей ставила приготовление лекарств, отсюда и ее название, от греч. γιατρόζ — врач. Фармакология в значительной степени определила жизнь Глаубера.Он чудом выжил во время эпидемии тифа, вылечился, благодаря воде целебного источника, и впоследствии выделил из этой воды ту самую "чудесную соль", с которой оказалось связано его имя.
>>
Американский химик Айра Ремсен получил всемирную известность уже при жизни. Свидетельство тому — статья о нем в Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона (правда, фамилия химика написана там «по-немецки»: Ремзен). >>
Сейчас имя австрийского химика знакомо специалистам в области редкоземельных элементов. А когда-то он был известен по всему миру. Потом его затмила слава Эдисона, и не случайно — оба имени связаны с искусственным освещением. >>