Цветочные войны

Борисов Владимир, Лукашин Александр
(«ХиЖ», 2017, №9)

Скатертью, скатертью хлорциан стелется
И забирается под противогаз.
Каждому, каждому в лучшее верится,
Но падает, падает ядерный фугас.
Из студенческого фольклора


pic_2017_09_64.jpg



Век XIX был веком техники. В том числе техники военной — на поля битв пришли новейшие изобретения человеческого гения: броненосцы, подводные лодки, торпеды, скорострельные орудия. Все они требовали взрывчатых веществ, порохов, новых материалов, а производство взрывчатых веществ и новых разновидностей чугуна и стали требовало химиков. Химия еще глубже простерла свои щупальца в дела человеческие и подпортила собственную репутацию у широких масс.
Вместе с новыми войнами пришли и мечты о новых орудиях войны — эффективных и гуманных. Поначалу такими показались отравляющие газы. Пионером газовых войн в фантастике был, вероятно, Жюль Верн. В романе «Пятьсот миллионов бегумы» (1879) он вложил в уста «мрачного тевтонского гения» профессора Штирнера апологию такого орудия массового уничтожения: «Это снаряд-ракета из стекла в дубовой обшивке, заряженный под давлением в семьдесят две атмосферы жидкой углекислотой. При падении свинцовая оболочка разрывается, и жидкость превращается в газ. В результате этого температура в окружающей зоне понижается на сто градусов ниже нуля, и вместе с тем огромное количество углекислого газа распространяется в воздухе. Всякое живое существо, находящееся в пределах тридцати метров от места взрыва, должно неминуемо погибнуть от этой леденящей температуры и от удушья. Тридцать метров — это, так сказать, исходная цифра, на самом же деле действие снаряда охватывает, вероятно, значительно большую площадь, примерно сто, двести метров в окружности. Тут надо учесть еще одно благоприятное для нас обстоятельство, а именно то, что углекислый газ благодаря своей тяжести надолго задерживается в нижних слоях атмосферы, в силу чего охваченная его действием зона остается зараженной в течение нескольких часов после взрыва и всякое существо, осмеливающееся проникнуть туда, погибает. Как видите, выстрел из моей пушки дает двоякий результат — мгновенный и длительный! И при этом раненых не бывает — одни трупы».
В реальности углекислота оказалась малопригодной для боевого применения, хотя возможности химических снарядов «амьенский мечтатель» определил довольно точно. Более реалистично боевые отравляющие газы описал Герберт Уэллс. Нельзя не ужаснуться чудовищной точности, с которой он изобразил их в «Войне миров» (1898): «Ударившись о землю, снаряды раскалывались — они не рвались, — и тотчас же над ними вставало облако плотного темного пара, потом облако оседало, образуя огромный черный газовый холм, который медленно расползался по земле. И прикосновение этого газа, вдыхание его едких хлопьев убивало все живое.
Этот газ был тяжел, тяжелее самого густого дыма; после первого стремительного взлета он оседал на землю и заливал ее, точно жидкость, стекая с холмов и устремляясь в ложбины, в овраги, в русла рек, подобно тому как стекает углекислота при выходе из трещин вулкана».
Кошмар газовой атаки описан человеком, не видевшим Ипра и Марны, Болимова и Икскюля: «Можно представить себе изумление и испуг при виде быстро развертывающихся колец и завитков надвигающегося черного облака, которое превращало сумерки в густой осязаемый мрак: непонятный и неуловимый враг настигает свои жертвы; охваченные паникой люди и лошади бегут, падают; вопли ужаса, брошенные орудия, люди, корчащиеся на земле, — и все расширяющийся черный конус газа. Потом ночь и смерть — и безмолвная дымная завеса над мертвецами». Поразительно предвидение чисто военных аспектов газовой войны: Уэллс предусмотрел и то, что особенно эффективно газовое оружие будет в контрбатарейной борьбе, и дегазацию зараженных мест перегретым паром. По полям битв романа «расхаживали марсиане в своей сверкающей броне, спокойно и методически выпуская в тот или иной район ядовитые облака газа; затем они рассеивали газ струями пара и не спеша занимали завоеванную территорию».
Первая мировая война внесла коррективы в эту картину и расширила круг тех, кто стал пророком грядущей химической войны на уничтожение. Слишком много народа познакомилось с действием отравляющих веществ, слишком у многих были на слуху их наименования. Настолько на слуху, что некоторые прорвались даже в названия романов.
«(CHCl=CH)3As (Люизит), или Единственная справедливая война» (1926) — роман немецкого поэта Йоганнеса Бехера, за который его автору предъявили обвинение в государственной измене, пропитан опытом Первой мировой. Здесь американские заводы, производящие люизит, выступают как символ всего западного мира, источающего яд. Превращенный в газовое болото Берлин, жертва применения химического оружия против собственного народа, предсказывает реальные катастрофы, которые ждут мир в будущем: недалеком — в Абиссинии, подальше — во Вьетнаме, в ирано-иракской войне...
Лихой авантюрный «Иприт» Всеволода Иванова и Виктора Шкловского нес на себе все родимые пятна «красного Пинкертона» и отпечатки когтей таланта двух соавторов. Его поспешили забыть — слишком не ко двору были масштабные, хоть и аляповатые панорамы мировой революции после 1929 года. Да и картины гибели советских людей в газовой атаке были слишком красочны: «Корчась и катаясь по плитам улиц, не успевшие забежать в дома, — под воротами, под мостами, в расщелинах зданий, со странной страстью животных: умирать, прислонив плечо к дереву или камню, — валились люди». В соответствии с духом эпохи участвующие в газовой войне массы обезличены: «Это воевали не люди, это воевали химические фабрики, и люди исполняли обязанности реактива на те или иные газы».
В «Освобожденном мире» Герберта Уэллса (1936) после десятилетий химической и какой угодно другой войны организация технократов (мы сказали бы — миротворцев) приводит к повиновению непокорные анклавы под властью главарей бандформирований с помощью усыпляющих газов. Но такое мирное применение химоружия было в межвоенные годы скорее редким исключением, чем правилом.
Химическое оружие и отношение к нему после Первой мировой войны стало пробирным камнем совести ученого так же, как после 1945 года — атомное оружие. В рассказе «Штеккерит» (1929), перепечатанном «Химией и жизнью» в 1987-м, немец-изобретатель смертоносного газа оказывается жертвой своего же изобретения и сполна переживает ощущения человека, попавшего под колеса истории и технического прогресса. Автор рассказа Владимир Орловский (Грушвицкий), кстати, был химиком-профессионалом, автором научных работ по галургии.


Разные разности

23.05.2018 10:00:00

Исследователи из нескольких институтов Великобритании, США и Франции проанализировали изотопный состав кислорода вулканических гор на дне океана и в тех образцах, что экспедиции НАСА привезли с Луны. Как оказалось, составы очень похожи, словно лунные породы — это и есть земные.

>>
30.04.2018 10:00:00

...NASA откладывает запуск космического телескопа Джеймса Уэбба (JWST) почти на год, до мая 2020 года...

...в Баксанской нейтринной обсерватории ИЯИ РАН планируется создание нейтринного детектора на основе жидкого сцинтиллятора, который можно будет использовать как часть мировой сети таких детекторов для изучения внутреннего строения Земли...

...аэрозоль электронных сигарет вызывает повреждения ДНК в клетках легких, мочевого пузыря и сердца мышей, а также подавляет репарацию ДНК в легких...


>>
25.04.2018 10:00:00

Один из самых серьезных факторов риска развития возрастной деменции — вариант ε4 гена APOE. Тем не менее у 53% его носителей деменция так и не развивается, значит, дело в негенетических факторах. Группа американских ученых решила проверить, способен ли противодействовать угасанию умственных способностей позитивный настрой.

>>
18.04.2018 10:00:00

Авторы исследования, опубликованного в «Nature Human Behavior», ведовство изучать не собирались, их темой были сотрудничество и взаимопомощь в сельских общинах. Однако в процессе работы выяснилось, что в деревнях на юго-западе Китая, в провинции Сычуань, примерно 13,7% населения живет с прозвищем «чжу» или «чжубо» — злые колдуны.

>>
02.04.2018 10:00:00

...китайские ученые успешно клонировали приматов — макак-крабоедов Macaca fascicularis переносом ядра соматической клетки; 79 эмбрионов имплантировали 21 самке, в итоге родились два детеныша, Чжун-Чжун и Хуа-Хуа...

>>