Здесь будет город-сад

Весь XX век прошел под лозунгом: «Город — это машина для жилья».

Начиная с конструктивистов 20-х годов, через Ле Корбюзье и к безымянным архитекторам кварталов «хрущевок» и «брежневок» и современных китайских мегаполисов, архитектура превращалась в строительную индустрию. Больше квадратных метров, больше этажей, а как это выглядит, как воспринимается человеческим глазом — не важно.

Хотя психологи довольно давно начали говорить о том, что плоская стена с регулярной сеткой одинаковых окон — визуально агрессивная среда, а жизнь в городе-машине чревата депрессиями и неврозами, строители и архитекторы игнорировали эти предупреждения, справедливо полагая, что жизнь в бараках, подвалах и коммуналках — еще хуже.

Только в начале 80-х годов эти вполне очевидные психологические факты, равно как и не менее очевидный биологический факт, что человек формировался не в расчерченном на клетки искусственном мире, а в естественной среде, где практически отсутствуют прямые линии и ровные дороги, начали находить отражение в архитектуре.

Одним из первых был австрийский архитектор Фриденрайх Хундертвассер [1]. В начале 80-х он построил в Вене обыкновенный жилой дом, который вскоре стал одной из достопримечательностей этого древнего и не обделенного памятниками архитектуры города. Фасад дома состоит из овальных пятен неправильной формы, наружная стена каждой квартиры имеет свой собственный цвет. Многочисленные террасы усажены разнообразными растениями. Внутри, как говорят, тоже нет прямых линий и ровных полов.

Позднее подобную архитектуру взяли на вооружение владельцы одной гостиницы во вьетнамском Далате. Их здание теперь известно под названием «Крейзи Хауз» [2] — безумный дом.

Вообще, если говорить о домах, то можно встретить крайне интересные конструкции, вписанные в естественный ландшафт, например «Домик хоббитов» [3] в Уэллсе или шарообразные дома на дереве , как будто материализовавшиеся из рассказов Честертона. В ЮАР есть даже целый бар, размещенный в дупле огромного баобаба, — «Биг Баобаб Паб» [5].

Однако нас интересуют не отдельные дома, а город. Насколько реально снова впустить растительную жизнь в наши каменные джунгли?

Обилием парков в городе никого не удивишь. Даже в Санкт-Петербурге, расположенном на холодной 60-й параллели, славном своими достоевскими дворами-колодцами, очень много парков. А один из шедевров позднесоветского индустриального градостроительства — Тольятти, город, в котором расположен АвтоВАЗ, фактически представляет собой три города, разделенных самым настоящим сосновым лесом.

Но это немножко другое. Здесь чередование камня и леса идет на уровне целых кварталов. А можно ли совместить живую зелень и современную архитектуру в рамках одной конструкции?

Сейчас все больше архитекторов склоняются к тому, что не только можно, но и нужно. Вот, например, пересекает город старая эстакада железной дороги, больше не нужная в связи с выводом заводов за пределы города. Уродует вид, ржавеет, разбирать сложно и дорого. Но можно превратить эстакаду в парк. Так поступили в Париже [6] и Нью-Йорке [7].

В Лондоне подходящей эстакады не нашлось, поэтому там сейчас планируется построить новый пешеходно-велосипедный мост через Темзу, который будет представлять собой парк [8]. Строительство должно начаться в этом году.

Обычные многоэтажные дома могут содержать в себе сады и даже бассейны. Например, в Мубмаи предлагаются два очень похожих проекта — многоквартирный дом Бандра Ом [9], похожий на греческую букву «омега», и отель Звембалконс [10]. Отличительная черта обоих — в каждой квартире или номере есть балкон с маленьким садиком и бассейном для купания.

Во Франции недавно принят закон [11], согласно которому вновь строящиеся офисные здания должны хотя бы часть крыши отводить под зеленые насаждения. Считается, что это обеспечивает защиту от солнечных лучей, тем самым позволяет экономить на кондиционировании, задерживать дождевую воду, соответственно создавать меньшую нагрузку на ливневую канализацию, а заодно дает приют птицам. Исключение делается только для крыш, покрытых солнечными батареями.

Но и в этих проектах зеленые растения в городском доме не сильно отличаются по своему назначению от пальмы в кадке или традесканции в горшке. Это всего лишь украшения, делающие обитание в каменной ячейке высоко над землей более приятными для человека. А может ли растительность в городской застройке иметь более функциональное назначение?

Немецкая фирма INFARM уже тестирует в берлинских супермаркетах вертикальные грядки, с которых можно сорвать свежайшую, только что выращенную зелень [12].

А немецкий архитектор Фердинанд Людвиг предлагает использовать живые растения в качестве конструкционных элементов здания. Он даже придумал для своей технологии термин «строительная ботаника» [13].

Используя хорошо известную садоводам технику прививки, он формирует диагональную решетку из быстрорастущих саженцев ивы. Для того чтобы скорее достичь заданной высоты, используются дополнительные саженцы, растущие в горшках, которые устанавливают на втором-третьем этаже временных лесов. Потом с помощью прививок эти саженцы объединяются в одно целое с нижним этажом и начинают питаться от корней, растущих в земле.

В результате сроки выращивания живой башни оказываются вполне соизмеримыми со сроками строительства из более традиционных материалов — несколько лет. Вопрос в том, удастся ли немецким архитекторам-ботаникам добиться от своей башни такой же долговечности, как у упомянутого выше Большого Баобаба, который древнее египетских пирамид.

Проект индийского агроэколога Амланкусума «Hyperions» [14] в какой-то степени объединяет идеи Людвига и его соотечественников из фирмы INFARM. Это 36-этажные решетчатые деревянные башни, сочетающие в себе городское жилье и продуктивную агросистему (см. рисунки). Таким образом, растительность в его проекте не просто радует человеческий глаз и очищает воздух, а приносит реальный урожай. Правда, здесь конструкционными элементами служат не живые растения, а мертвые, что более традиционно. Но зато живые растения здесь присутствуют по всей высоте башни. Кроме того, как в нью-йоркском The HighLine, башни объединяют усаженные растениями мосты.

Вряд ли стоит надеяться, что подобное «урбанистическое фермерство» станет широко распространенным, но вот то, что города XXI века так или иначе будут иметь менее прямоугольные очертания и больше зелени, — неизбежно.

1. https://www.wien.info/en/sightseeing/sights/hundertwasser-house-vienna

2. http://patriotov.net/vietnam/gorod-dalat/86-sumasshedshij-dom-v-dalate-ili-vietnamskij-krejzi-haus

3. http://www.beingsomewhere.net/hobbit.htm

4. http://www.livbit.com/article/2011/01/20/the-spherical-tree-houses-in-canada/

5. http://www.membrana.ru/particle/170

6. https://en.wikipedia.org/wiki/Coulée_verte_René-Dumont

7. http://www.thehighline.org

8. https://www.gardenbridge.london/

9. http://www.oddcities.com/bandra-ohm-residential-tower-mumbai/

10. http://www.oddcities.com/zwembalkons-in-mumbai/

11. http://csglobe.com/france-declares-all-new-rooftops-must-be-topped-with-plants-or-solar-panels/

12. https://www.rt.com/business/337995-vertical-farms-berlin-groceries/

13. http://www.membrana.ru/particle/1455

14. http://vincent.callebaut.org/page1-img-hyperions.html

Благодарим за предоставленные рисунки Винсента Каллебо