Привет от тетушки Агаты

Люди О´Каммон считают Сагамора балбесом и слышать о нем не хотят.
Отчаянный он, бунтарь и романтик — это да. Но уж точно не балбес.
Когда родня сбагрила его на шахты Solar Bros., это было их самым удачным решением — Сагамор далеко пошел.
Дело было так. Юного рекрута привели к менеджеру. Тот сидел, закинув ноги на стол, и цыкал титановым зубом на мелких клерков. Сагамор сделал ровно то же — цыкнул не единожды выбитым в дублинских драках имплантатом, за что был послан прямиком в пояс астероидов. В шахтах Цереры он пробыл неделю, в шахтах Паллады — три. А на Гигее ему прямо сказали: «Сагамор О´Каммон! Зачем тебе прозябать между Марсом и Юпитером, когда есть Пояс Койпера…»
Так он очутился за орбитой Нептуна и на Иксионе встретил ту, перед кем его бунтарство враз остыло. Агата Квикли железной рукой управляла делами тамошней станции Solar Bros. В ледяном мире Пояса Койпера 
не было ничего холоднее ее взгляда. Агата Сагамору понравилась. Понравилась настолько, что он стал безропотно вкалывать, чего с ним прежде не бывало.
Однажды он получил наряд на безымянный астероид. Там требовал ремонта робот-горняк. Вообще-то техника Solar Bros. надежна, но этот робот вдруг запросил помощи, после чего связь пропала. «Сагамор! Дуй на объект, — приказала Агата. — Да, без напарника! Мне плевать на инструкции! Производственный план горит. Нянек здесь нет, все няньки на Земле. Задание понял? Выполняй! Пока не починишь, не возвращайся».
Сагамор Агату послушался — не вернулся. Точнее сказать, бесследно исчез. Поисковики потеряли его маячок в дебрях Иксиона. А вернулся он, когда все разумные сроки прошли. И не с одним, а с тремя роботами, усовершенствованными до степени неубиваемости.
Робота в штольне Сагамор не обнаружил. Вскоре стало ясно, почему: штольня вывела в просторную пещеру, прожектор высветил две аккуратные горки — в одной лежали титановые гранулы, в другой — вольфрамовая крошка. Между ними сновал инопланетный механизм, из бункера которого торчали останки утилизированного робота. В дальнем конце пещеры зияла пустотой другая штольня, пробитая кем-то с другой стороны. Памятуя слова о няньках, Сагамор также наплевал на инструкцию — никому не доложил, взял ситуацию в свои руки.
Другой не справился бы лучше.
Предвидеть, что две цивилизации облюбуют одну и ту же космическую глыбу, никто не мог. Никто не составил инструкций на такой случай. Раздувать мелкое недоразумение до галактического конфликта никто не хотел. Чужаки быстро поняли, что их робот переусердствовал, и взялись честно возместить ущерб.
Деконструкция земной технологии и квантовая телепортация в два конца — сначала на их базу, затем назад — не заняли много времени. У Сагамора еще оставался приличный запас кислорода и питания. Однако с астронавигацией вышла промашка. С их планеты Сагамор вернулся, и три новеньких горнопроходческих робота с ним, да только операторы телепортации недоучли поправку на параллакс Солнечной системы. Они не специально, просто так вышло.
Роботам было всё равно, а Сагамору довелось пережить тревожное время. По счастью, их маячки запеленговала станция на Орке, и Сагамора успели эвакуировать до того, как он окочурился в вымороженном скафандре.
Нагрянула комиссия. Разумеется, всех интересовало, где этот парень умудрился побывать. На допросе Сагамор ткнул пальцем в Прокисму Центавра. С таким же успехом мог бы ткнуть в оба Сириуса или в Антарес. Он стоял на своем: с кем столкнулся, куда телепортировался, у какой звезды, на какой планете делали новых роботов — без понятия. Инопланетяне с лихвой возместили ущерб — это главное, не так ли? Когда интерес к Сагамору иссяк и его отпустили на все четыре стороны, он тут же устремился к Агате.
Она всё так же утилизировала астероиды и не искала себе другой жизни. Сагамор, судя по всему, сумел уговорить ее. Иначе как объяснить их скорое совместное исчезновение?
Да, мне известно, где, у какой звезды, на какой орбите, на берегу какого моря стоит их домишко. Домик уютный, море ласковое. Робот подает им энергетические напитки на открытой террасе. Оттуда они любуются закатами и восходами коричневого карлика. Ничто хорошее не связывает их с Землей. Так они говорят. Никакой ностальгии, на нее просто нет времени. Характер у обоих не сахар, и они постоянно спорят: Сагамор называет светило того мира Агатой, а она хочет, чтобы оно называлось звездой Сагамора. Их спор длится уже много лет и будет вечным. По меньшей мере, пока горит коричневый карлик. Это потому что инопланетяне подарили им секрет вечной молодости.
Говорю как есть, фантазировать мне не дано. Я вообще на Земле ненадолго. Дядюшкин привет передать некому — люди О´Каммон ругаются и слышать о нем не хотят, придется выбросить алмазы в море. Жалко — алмазы отборные, очень красивые, целое состояние. А дядюшке Сагамору они ни к чему — у него таких много. Семена разных цветов для тетушки Агаты я раздобыл — пора и возвращаться. А на Земле скоро появятся луга сепёмушки и улёмок. Надеюсь, людям они понравятся. Тетушка Агата очень этого хотела.

Иллюстрации Елены Станиковой