Экстрасенс в лаборатории

Способности экстрасенсов и раньше пытались исследовать научными методами. Об одном из таких проектов мы решили напомнить читателям. В тот раз ученые пришли к выводу, что невидимые глазом «энергетические поля» у человека имеются, более того — физикам они отлично известны.

Мы взялись за экзотику типа телекинеза, кожного зрения, экстрасенсов (биополя) далеко не потому, что получили надежные доказательства их реального существования. А потому, что за каждым из этих феноменов увидели научно-приземленную гипотезу и экспериментально убедились, что предложенный механизм может работать. После этого доказательство достоверности или аргумент, что это делается посредством «ловкости рук», становятся неактуальными. Имея в руках возможный механизм, мы всегда можем воспроизвести такой феномен.

Э.Э. Годик

«Сигнал был похож на картину электрических помех...»

Первым феноменом, который оказался в поле внимания советских физиков, была Н.С. Кулагина — человек непростой судьбы: награжденная орденом и медалями радистка, служившая в танковых войсках, инвалид войны, в 1966 году осужденная за финансовую аферу. В 60-е годы она демонстрировала необычные способности, в частности телекинез: делая пассы руками, в присутствии зрителей перемещала по столу небольшие предметы — кусочки сахара, стопки, сигареты, причем последние — стоймя. Критики указывали, что на соответствующих кадрах кинопленки видны тончайшие, толщиной с волос, ниточки с узелками, которые шли от ладоней Кулагиной, чем и объясняется фокус. Однако физики, в том числе основатель журнала «Квант», зам. директора ИАЭ (нынешнего Курчатовского института) академик И.К. Кикоин или ректор МГУ им. М.В. Ломоносова академик Р.В. Хохлов, решили, что нужно не полагаться на субъективные мнения, а попытаться зафиксировать производимые эффекты с помощью приборов.

При первом знакомстве экспериментов не ставили. В 1978 году Кикоин пригласил коллег на семинар с участием Кулагиной, протокол заседания которого получил широкую известность — фотокопию и сегодня нетрудно найти в Интернете (см. рис.). Дальнейшие исследования проходили в разных лабораториях на протяжении двух десятков лет. Так, в лаборатории Хохлова была зафиксирована способность Кулагиной рассеивать свет лазера, что ниточками, приклеенными к ладоням, объяснить затруднительно. Присутствовавший же на памятном заседании радиоэлектронщик Ю.В. Гуляев, в то время член-корреспондент АН СССР, заинтересовался не телекинезом, а более заурядным эффектом — ожогом, который Кулешова оставила на его теле. Как оказалось, такие ожоги часто возникали после ее прикосновения к тыльной стороне ладони или к шее.

Подробности из первых рук приведены в книге «Загадка экстрасенсов: что увидели физики» (М.: АСТ-Пресс-КНИГА, 2010). Книга вошла в лонг-лист премии «Просветитель» 2010 года . Ее написал доктор физико-математических наук Э.Э. Годик, который и руководил специально созданной для изучения полей человека лабораторией в Институте радиотехники и электроники, сейчас носящий имя его основателя академика В.А. Котельникова. В дальнейшем Годик занимал пост заместителя директора этого института, а в настоящее время живет в США. Вот как он рассказывает о первых исследованиях с участием Кулагиной.

В качестве рабочей гипотезы было высказано предположение, что от ладони исходит инфракрасное излучение. Чтобы его зафиксировать, собрали прибор из ИК-фотосопротивления, усилителя и осциллоскопа: этот прибор в нескольких метрах чувствовал чуть теплый паяльник. Эксперимент Гуляев устроил в своей квартире, чтобы не водить посторонних в секретный институт, где он был тогда заместителем директора. Вот дословное описание опыта из упомянутой книги: «Включили измерительную систему, попросили Кулагину поднести руку на расстояние нескольких сантиметров к объективу и попытаться “сделать ожог”. Как она ни старалась, никаких сигналов на экране осциллоскопа не появилось. Тогда пришедший вместе с Кулагиной ее муж В.И. Кулагин, квалифицированный инженер, скомандовал: “Переходи в режим телекинеза”. Вскоре после этого на экране стали появляться “всплески” напряжения типа помех. Мы начали один за другим помещать перед объективом спектральные фильтры, чтобы выяснить, в каком спектральном диапазоне светится рука Кулагиной. <…> Но ни один из фильтров не влиял на наблюдаемые сигналы. Тогда мой студент Андрей Гуляев, сын Ю.В. Гуляева, поместил перед объективом металлический рубль. Сигнал остался прежним! Такое могло прийти в голову только студенту: взрослые физики “зашорены” знанием того, что инфракрасное излучение через металл не проходит. Тут я решил отключить электрическое питание фотосопротивления: сигнал остался прежним. Стало ясно, что сигнал идет прямо на вход усилителя (об электрической экранировке мы не позаботились), независимо от фотоприемника. Сигнал был похож на картину электрических помех, возникающих при касании входа чувствительного усилителя. У Кулагиной это происходило с расстояния 10–15 см: как будто между ее рукой и входом возникал электропроводящий мостик... <...> Через несколько дней после этого эксперимента я обратил внимание, что на оптических фильтрах, которые мы использовали в эксперименте с Кулагиной, появился некий налет: как будто их рабочую поверхность трогали “потной” (без резиновой перчатки) рукой, что недопустимо».

Лаборатория

Вторая серия опытов состоялась гораздо позже и уже не в домашних условиях, а в только что оборудованной лаборатории в подвале Института нормальной физиологии АМН СССР. Дело было в том, в начале 1982 года была принята специальная программа Госкомитета по науке и технике, подготовленная Э.Э. Годиком по просьбе Ю.В. Гуляева. Причиной же тали следующие обстоятельства. В конце 70-х годов здоровье многих советских руководителей стало ухудшаться, видимо, в силу естественного старения. Однако советская медицина ничего поделать не могла, хотя, как вспоминают современники, тот же Л.И. Брежнев глотал прописанные таблетки горстями. Неудивительно, что руководители страны обратились к альтернативной медицине, в частности к экстрасенсам, сильнейшим из которых считали Джуну Давиташвили. И как-то Л.И. Брежнев обронил фразу: «А что делает Джуна? Она нас лечит или калечит? Надо бы разобраться». Так возник серьезный запрос на проведение такого рода исследований. Но как формализовать задачу?

Вернемся к книге Годика. Во время совещания у Гуляева осенью 1981 года «один из замминистров не выдержал и заявил буквально следующее: “Партия поручила нам, мы должны разобраться с «этим» и доложить ближайшему съезду <…>”. На естественные вопросы, а что же «это», он ответил: “Пусть ученые сами решат”. <…> Шаг за шагом, методом исключения удалось выявить часть задачи, лежащей в нашей профессиональной области: исследование возможного информационного взаимодействия биообъектов через сигналы их собственных физических полей и излучений».

То, что решение задачи поручили ИРЭ, логично: в институте был накоплен большой опыт дистанционного зондирования Земли с летательных аппаратов, при котором требуются чувствительные приборы, проводящие весьма точные измерения слабых сигналов, а также методики обработки результатов измерений, позволяющие извлекать из них полезную информацию. Сама же задача представлялась интересной: в перспективе изучение собственных полей человека могло привести и привело к появлению новых диагностических приборов. Эта идеология и легла в основу научной программы, одобренной председателем ГКНТ CCCР академиком Г.И. Марчуком. Э.Э. Годик отмечает, что, возможно, заказчикам было бы приятно, если бы в ходе работ было обнаружено некое неизвестные физике «биополе», однако для него в программе просто не осталось места. Ведь у человека имеется весьма обширный набор вполне физических полей.

Про поля и излучения

Происхождение собственных полей и излучений (будем далее их всех называть полями, поскольку излучение — это та часть переменных электромагнитных полей, которая способна распространяться наиболее далеко от своих источников) человека, да и любого живого объекта, связано с химическими, физико-химическими реакциями и электрической активностью как в отдельных клетках, так и в целых органах и тканях. Изменения этих полей могут быть как быстрыми, например вследствие электрической активности мышц или нейронов, так и медленными, связанными с кровотоком, дыханием или метаболизмом в целом. Поэтому для извлечения полезной информации нужно фиксировать динамику полей на разных масштабах времени.

Самое сильное поле — тепловое инфракрасное излучение. Его мощность для человеческого тела составляет около 100 ватт. Инфракрасное излучение отлично поглощается тканями, поэтому наружу выходит лишь сигнал от поверхностной капиллярной сети кровеносных сосудов. На статичных тепловых изображениях, с которыми традиционно работали медики, можно разобрать только значительные долговременные отклонения от нормы.

Физики ИРЭ, используя свой опыт, придумали способ обработки последовательностей изображений, в результате которого получались достаточно контрастные цифровые фильмы, отражающие функционирование сети капиллярного кровотока в коже. Обработка была сложной: пиксели с похожим характером изменения температуры во времени окрашивались на изображениях одинаковым псевдоцветом. Появление нового псевдоцвета на изображении означало не изменение температуры, как на статических термоизображениях, а изменение функционирования.

По динамике теплового рисунка можно было в прямом смысле рассматривать физиологические реакции организма. Например, когда человек садился после ходьбы и мышцы ног расслаблялись, на обеих кистях рук были видны синхронно бегущие от кончиков пальцев вверх волны разогрева, вызванные перераспределением кровотока. Глядя на подобные реакции, можно проводить диагностику.

Более длинноволновое — уже в радиодиапазоне — тепловое излучение идет с глубин в несколько сантиметров, но оно гораздо слабее инфракрасного. Его карта позволяет судить как о нормальной работе, так и о патологиях внутренних органов, мышц и мозга. Правда, у этого метода пространственное разрешение мало — несколько сантиметров, что определяется

большой длиной волны радиоизлучения. Еще один метод измерения температуры внутренних органов — по акустоэлектрическому полю: слышимый звук не может преодолеть границу человеческого тела, однако ультразвук частотой в мегагерцы, а он возникает из-за теплового движения молекул, попадает в окно прозрачности и способен вынести информацию с глубины 10 см при разрешении в миллиметры. В результате можно узнать температуру той или иной области внутри организма. Одно из применений такого прибора очевидно: настраивая оборудование для гипертермии (уничтожения опухоли нагревом), нужно точно знать температуру в обрабатываемой области.

Электрический потенциал, распределенный по поверхности тела, складывается из нескольких компонент. В частности, это поля внутренних органов. Получить информацию об этих полях трудно — они экранируются тканями организма, а порождаемые ими электрические токи распределяются по телу. Но всякий ток производит магнитное поле, а оно без искажений проходит сквозь тело. Поэтому именно магнитное поле, хотя оно и многократно меньше поля Земли, оказывается важным источником информации о быстрых процессах, происходящих во внутренних органах. По динамике этих полей удается диагностировать патологии, например, сердца с разрешением около одного сантиметра, а можно бесконтактно следить за активностью мозга.

Есть у человека и внешнее электрическое поле — оно связано с накоплением статического электричества. Распределение его потенциала по поверхности кожи весьма динамично и меняется при любом движении тела. Измеряя пространственное распределение и динамику этого потенциала, можно наблюдать физиологическую механику организма, связанную с дыханием, биением сердца, пульсацией сосудов, микротремором (микровибрацией) мышц. В частности, такие наблюдения очень полезны пульмонологам для анализа патологий дыхания.

Странно, но факт: человек светится в видимом диапазоне. Свечение складывается из нескольких составляющих. Первая — одиночные фотоны, следствие хемолюминесценции при перекисном окислении липидов. В темной комнате с чувствительной аппаратурой эти фотоны можно ловить и анализировать, определяя, например, антиоксидантный статус кожи. Еще две составляющие — отраженный свет и рассеянный проходящий. Инженеры из группы Годика создали трехцветный монитор, который фиксировал проходящий или отраженный свет в диапазонах, характерных для цвета вен, артерий и цитохрома. Первые два канала показывали кислородный обмен, а третий — общую биоэнергетику ткани. Этот монитор удалось приспособить для диагностики новообразований в молочной железе. Дело в том, что опухоль подавляет пульсации в окружающих ее соудах. Наблюдая за динамикой рассеяния проходящего света, который подводили к исследуемого месту с помощью световода, можно находить такие аномалии. Поскольку область, в которой опухоль повлияла на кровоток, гораздо больше ее самой, метод оказался более чувствительным, чем ультразвук, ориентирующийся на различную плотность тканей. Ввиду полной безвредности его удобно использовать для диспансеризации с тем, чтобы при подозрении на опухоль применить более вредные методы подтверждения вроде рентгена.

Казалось бы, на основании этих работ можно было создать интересные приборы. Как пишет в своей книге Годик, к 90-м годам появилась целая линейка приборов и методик диагностики по собственным полям и излучениям человека, успешно опробованных на экспериментальных установках, с некоторыми ведущими медицинскими центрами Москвы планировались совместные программы по функциональному картированию организма человека разными методами. Так, Всесоюзный кардиоцентр АМН СССР взял на себя магнитокардиографию и магнитоплетизмографию; Всесоюзный онкоцентр АМН СССР — инфракрасное и радиотепловидение ранней диагностики рака кожи, легких и щитовидной железы, контроль гипертермии опухолей с помощью акустотермометрии; Московский центр маммологии — раннее выявление рака молочной железы с помощью динамического инфракрасного тепловидения, радио- и акустотермометрии; Институт пульмонологии —электрометрическое картирование механики дыхания и импеданса легких, радиоплетизмометрию легких, оптическое картирование кровонаполнения и оксигенации тканей. Похоже, что эти программы выполнены не были, хотя исследования продолжаются и поныне, и, как сообщает Ю.В. Гуляев в своих многочисленных интервью, по крайней мере два прибора — маммограф и магнитокардиограф — удалось довести по серийного выпуска.

Электрокинез и тепло рук

Однако вернемся к феноменам. После того как лабораторию оборудовали для изучения электрических явлений, состоялся еще один сеанс опытов с участием Кулагиной: ее попросили продемонстрировать телекинез и сместить зонд электрометра. Вот как Годик описывает этот опыт: «Через некоторое время после начала ее усилий на экране подключенного к электрометру осциллоскопа стали появляться импульсы длительностью в несколько миллисекунд. Мы измерили электрический заряд в каждом импульсе и оценили суммарный заряд, который мог накопиться на зонде от совокупности таких импульсов за время эксперимента.

Далее была обсчитана следующая модель явления. Во время “состояния телекинеза” потовые железы резко открываются и через них выпрыскиваются микрокапельки “пота”. Факт самого выпрыскивания подтверждается возникновением на зонде электрометра налета. Пролетая через диэлектрик рогового слоя эпидермиса, капельки заряжаются одним знаком заряда, оставляя заряд противоположного знака на коже руки. Выпрыскиваемые заряды накапливаются на предмете, который Кулагина стремится сдвинуть, и на подставке (столе, покрытом скатертью). При этом возникает распределенная электрическая сила кулоновского притяжения предмета к руке. <…> Морозов (В.А. Морозов, сотрудник академика В.А. Котельникова, один из лауреатов Ленинской премии 1964 года за радиолокационные исследования планет Солнечной системы. — Примеч. ред.) детально обсчитал вышеописанную модель и показал, что электрического заряда выпрыскиваемых капелек вполне достаточно для движения предмета».

К сожалению, Годик не указывает в книге, были ли проведены химические анализы выделений на руке Кулагиной, налета на зонде и какой заряд возникал в ходе сеанса. Вообще, выпрыскивание каких-либо капель из протоков кожных желез не свойственно ни человеку, ни другим млекопитающим. Такую гипотезу приходится списывать на неполное знание: физиологи все-таки изучают среднестатистического человека и какие-то редкие аномалии могут не попасть в поле их зрения, либо отрицать факт наблюдения показаний электроскопа. Конечно, если бы кто-нибудь вернулся к этой истории, построил бы несложную установку, где капли жидкости проходят сквозь заряженную мембрану, и получил бы в этой установке телекинез того же кусочка сахара, история звучала бы убедительнее.

Работа с Джуной в лаборатории началась после освоения методики динамического тепловидения. Годик отмечает: «Прежде всего мы посмотрели на ее “рабочий инструмент” — красивые с длинными пальцами кисти рук. По мере того как она начинала делать пассы над испытуемым, ее кисти постепенно разогревались в течение одной-двух минут на 1–2°. Процесс разогрева был очень похож на тот, который мы наблюдали ранее, например при изменении положения тела: волна, бегущая от кончиков пальцев вверх по кисти. Мы попробовали после ее ухода так поработать рукой сами и получили похожую реакцию. Это значит, что сам разогрев ее руки не является специфической для целительства реакцией. Затем мы посмотрели, как реагирует кожа пациента на пассы Джуны, и увидели, что в области проекции ее руки поверхность тела заметно (около 1°) разогревается. Повторили мы сами: пассы делал своей “обычной” рукой Саша Петров над тем же пациентом. И получили практически такую же реакцию. <…> После этих экспериментов на здоровом человеке мы перешли к работе с больными, которых нам помогал подобрать В.И. Ильин и его сотрудники из Первого мединститута. И вот тут Джуна “отличилась”: после ее пассов практически восстановилось нарушенное кровообращение в стопах ног больного эндартериитом. Это было зафиксировано в видеофильме, сделанном в инфракрасном тепловом свете. Мы попробовали сами, и... ничего не получилось! <…> Мы задумались: в чем же секрет? И вот что пришло в голову. Как объяснено выше, пассы рукой около поверхности тела вызывают естественную терморегуляционную реакцию — кожные покровы по мере усиления кровотока все более разогреваются. При этом, естественно, реагирует (разогревается) не только поверхность тела пациента, но и сама воздействующая рука. Таким образом, “задачка” сводится к модели массажа, только бесконтактного. А эффективность массажа определяется не силой воздействия (давления) на тело пациента, а уровнем умения, искусством того, кто его делает. В рамках такой модели <…> можно описать необычайные способности Джуны следующим образом. На первом этапе она словно сканирует пассами руки все тело пациента. При этом замечает участки, наиболее откликающиеся на воздействие, и работает с ними больше времени, стараясь “заровнять” ощущаемое различие. Все это, конечно, происходит подсознательно, как и сами терморегуляционные реакции. <…> Но возможен и другой вариант объяснения (без привлечения физики) — психофизиологический. Движение кисти пальцев около своего тела пациент рефлекторно отслеживает боковым зрением. Джуна к тому же во время пассов делает “указующие” в направлении поверхности тела достаточно резкие движения пальцами. Это провоцирует у пациента непроизвольную защитную реакцию, которая вызывает, в частности, изменение тонуса мышц в поочередно “указываемой” области».

Закончим же это краткое повествование о попытках ввести необычные на первый взгляд явления в сферу научного объяснения такой фразой Э.Э. Годика: «Я хочу еще раз повторить здесь, что в своей работе мы ни в коей мере не ставили целью установление достоверности феноменов, особенно медицинских. Это было далеко за пределами нашей профессиональной области. Мы только пытались понять в рамках имеющегося научного знания, как это могло быть сделано».

О физических полях человека можно почитать следующие обзоры:
Э.Э. Годик, Ю.В. Гуляев, Человек глазами радиофизики, «Радиотехника», 1991, 8, 51–62.
A.M. Тараторин, Э.Э. Годик, Ю.В. Гуляев, Функциональное изображение биологических объектов, «Доклады академии наук СССР», 1986, 287, 5, 1088–1092.
E.E. Godik, Yu.V. Gulyaev, Functional Imaging of the Human Body, «IEEE Engineering in Medicine and Biology», 1991, 12, 21–29.

См. также:
Физические поля биологических объектов (1984 №1)
Свет мозга (2026 №2)