«Химия и Жизнь», Июль 2004

Венд — наверное, самый загадочный период в истории развития органического мира. Несмотря на столетнюю историю изучения вендских отпечатков, до последнего времени не было удовлетворительного ответа на вопрос, кем были вендские организмы — растениями, животными, грибами или же принадлежали иному, не дожившему до наших дней царству.

Разноцветные пакеты — неотъемлемая часть нашей жизни. А как, собственно, рисунки попадают на полимерную пленку?

Скипидар, уайт-спирит, сольвент, бензин-растворитель…Если вы хоть иногда используете эти вещества, то в данной статье вы найдете для себя много полезных сведений.

У жидкости есть граница, и если это граница с газом, то все самое интересное происходит в слое толщиной в нанометры. Поверхностные слои исследуют с помощью самых новых методов и самых сложных приборов. Но внимательный взгляд человека ничто не заменит.

Полимер под названием блоксил — российский соперник знаменитого тефлона кое в чем превосходит его. Царапину на покрытии из блоксила можно «залечить», а с тефлоном такой номер не пройдет. О нем, а также о некоторых других интересных разработках читайте в этой статье

Об энтропии сказано уже немало и многими. Редкий экскурс в теоретические основы мироздания обходится без упоминания этого фундаментального понятия. Персонифицированную Энтропию можно было бы представить в виде некоего всепроникающего монстра, от которого нет и не может быть никакой защиты. Самый злобный демон по сравнению с ней — мелкий пакостник, который, сколь бы ни был неприятен, все же заинтересован в продолжении человеческого рода, чего об энтропии никак не скажешь.

История жизни и секреты ремесла Виктора Забилы, украинского поэта и винокура.

В свитке Забилы было около 1000 рецептур. Виктор никогда не держал их в секрете. Они стали известны по всей Российской империи, расскажем о нескольких и мы.

В номере 7–8 нашего журнала за 2003 год была опубликована небольшая подборка фольклора научно-исследовательских институтов. Мы продолжаем публикацию подборкой историй о спирте.

А.Б. Шварцбург знаком читателям «Химии и жизни» по рассказам «Пятна на Солнце» (2003 №8) и «Книжки умные любить…» (2003 №11). Сегодня мы публикуем главу из его книги «Прощай, Урания!». Повесть рассказывает о 60-х годах прошлого века — о молодых ученых, которые надеялись, что наука наполнит их жизнь радостью и укроет от реалий советской действительности.

Таксол — соединение-лидер в своем поколении противораковых средств, первое вещество из целого класса препаратов, которые нарушают деление клеток опухоли.

В ближайшее время в Петербурге, в издательстве «Science Press», готовится к выходу в свет книга известного американского писателя Оливера Сакса «Человек, который принял жену за шляпу». Странно и страшно читать о том, чего нам не дано понять. О неврологической и психической патологии. Но мы все же рискнем опубликовать одну из глав этой страшной, но в чем-то гуманистической книги.

Их даже классом органических веществ назвать невозможно. Но раз уж мы заговорили о «молекулах жизни», обойти молчанием витамины никак нельзя. Витамины — «амины жизни»: это название придумал польский биохимик Казимир Функ, выделив вещество, предотвращающее болезнь бери-бери, и выяснив, что оно обладает свойствами амина.

Неудивительно, что к цветению растение готовится долго и старательно, ведь это возможность перемешать генетический материал, а затем распространить удачные мутации. Ради этого не жаль потратить ресурсы на создание специального органа — цветка.

С советских времен у нас сформировалось упрощенное понимание капитализма как общественного строя, при котором все подчинено наживе. В последние годы именно этим представлением как будто руководствуются российские предприниматели. Между тем в США, классической стране «дикого капитализма», охрана природных территорий от частного использования поставлена гораздо лучше, чем у нас.

Йеллоустонская долина интересна не только гейзерами и медведями. Ее превращение в национальный парк сыграло огромную роль в мировом природоохранном движении.

Прежде всего, хочу предупредить, что я, как и все другие, понятия не имею о местопребывании профессора Артура Барнхауза. Он исчез полтора года тому назад, и я не получал от него никаких известий, кроме короткой и весьма загадочной записки, которую нашел в Сочельник в своем почтовом ящике. Добавлю, что если читатели этих строк надеются овладеть так называемым «эффектом Барнхауза», то их ждет разочарование. Если бы я мог и хотел раскрыть этот секрет, то, конечно, стал бы не простым преподавателем психологии, а кем-нибудь поважнее...

Геофизики из Москвы и Сибири доказали, что сильные землетрясения на Горном Алтае были, есть и будут.