Гены и мемы

Д.Г. Терещенко
(«ХиЖ», 1995, №5)

Ох уж этот дарвинизм! Были времена, когда всем казалось, что он окончательно сходит со сцены. Но за падением следовал новый взлет. Более того, многие аргументы, выдвинутые против дарвинизма, на самом деле только подтверждали главную дарвиновскую мысль. Вы не поверите, но в начале нашего столетия законы Менделя считались опровержением дарвинизма. Нынче же менделизм — неотъемлемая часть современной теории неодарвинизма, то есть синтеза дарвинизма и законов наследственности.

Неодарвинизм оказался очень продуктивным, на его основе возникли новые интересные теории. Среди них выделяется своей смелостью и оригинальностью теория эгоистичного гена, предложенная в 1976 году английским зоологом Р.Докинзом. Докинз предложил единицей эволюции считать ген, а не вид, популяцию или особь, как было принято раньше. При этом организму отводится скромная роль инструмента выживания генов. Физическое тело животных и растений — это корабль, автомобиль или, если хотите, танк, в котором путешествуют гены. Биологическая эволюция — это прежде всего эволюция генов. Теория Докинза красиво и последовательно объясняет с позиции гена те явления живой природы, которым классический дарвинизм дает невразумительные толкования.

Но самое интересное в теории эгоистичного гена то, что эта теория не ограничивается рамками биологии. В основе любого эволюционного процесса, по мнению Докинза, лежит репликатор — самовоспроизводящаяся единица информации. В биологии репликатор — это ген. Используя ограниченные ресурсы, репликатор создает свои более или менее точные копии. Только так он может победить в борьбе с другими репликаторами.

Подтверждая универсальность законов эволюции, Докинз проводит аналогию между эволюцией живой природы и эволюцией человеческой культуры. Эти два процесса в принципе очень похожи друг на друга. Проведенные аналогии так изящны и поучительны, что, право, на них стоит остановиться подробнее.

Культура — это то, что выделяет нас, людей, из остальной живой природы. Элементы культуры мы можем найти даже у самых диких представителей рода человеческого (настенная роспись в моем подъезде, например, явно создана какой-то примитивной цивилизацией).

Культура состоит из языка, искусства, религии, науки и т.д., которые, в свою очередь, состоят из идей, мыслей, образов. Выделим части культуры, которые могут самостоятельно существовать. Эти части Докинз назвал мемами*.

Мем — это единица передачи культурного наследия. Примеры мемов — это и теорема Пифагора, и покрой платья, и популярная мелодия, и «Песнь песней», и многое, многое другое. Мемы могут поселиться в наших головах, могут жить на страницах книг, могут сыпаться на нас с экранов телевизоров, могут занимать мегабайты оперативной памяти компьютеров.

В нашей стране идею мемов развивает известный ученый-биолог Б.М.Медников. Его перу принадлежат несколько научных и научно-популярных статей о мемах и генах. И если Докинз использует понятие мема вскользь, только как еще одно доказательство теории эгоистичного гена, то Медников уделяет мемам гораздо больше внимания.

Мемы появляются каждую секунду. Любой мем хочет как можно шире распространиться, оставить как можно больше своих копий. Но судьбы у мемов разные. О меме моды прошедшего сезона через год никто не вспомнит, а мем Нового Завета живет уже вторую тысячу лет и проживет, наверное, еще столько же. Не говоря уж о мемах Ветхого Завета.

Мемы — это как бы гены культуры. Обобщая, можно сказать, что мемы и гены — две разновидности репликаторов. Давайте возьмем широко известный мем — сказку «Колобок» — и на его примере посмотрим, что такое наследственность, изменчивость и отбор мемов.

Когда мама рассказала вам на ночь сказку о Колобке, то вы получили эту сказку в наследство. Сказка поселилась у вас в голове. Потом компанию «Колобку» составила «Репка», затем «Красная шапочка» и, наконец, «Снежная королева». Эти сказки, в свою очередь, вы расскажете вашим детям. По наследству мы получили и наш язык. Каждое слово — это мем, который рождается, живет и умирает, как и миллионы других мемов.

У вас, наверное, возник вопрос, как можно приводить столь разношерстные примеры мемов? Почему слово — это мем, и сказка, состоящая из слов, — тоже мем? На самом деле здесь противоречия нет. Докинз определил мем как единицу культурного наследия, способную самостоятельно существовать. И мем сказки, и мем слова подходят под это определение. Ведь мем слова — это не просто слово, то есть набор звуков, а те образы, те ассоциации, которые слово в себе несет. То же самое относится и к сказке. Мем сказки — это не просто сумма слов, а та идея, тот смысл, которые создаются связанными друг с другом словами.

Те гены, которые живут сейчас в нас и которые мы передадим нашим детям, мы тоже получили в наследство. Следовательно, мемы и гены похожи друг на друга, похожи в том, что они наследуются. Из века в век тянутся цепочки информации от родителей — детям и от учителей — ученикам.

Наверное, мама рассказывала вам эту сказку неоднократно, и всякий раз она звучала по-новому. Колобок после медведя встречал то волка, то зайца. Если у мамы было свободное время, сказка получала новые подробности, а если она спешила, Колобок попадал в пасть к лисе, едва выйдя за порог родного дома. Какой из вариантов сказки вам больше понравился? Какой вы расскажете своим детям? Каждая новая копия мема отличается от мема-матрицы. Мемы постоянно изменяются, постоянно мутируют.

Порою, чтобы восстановить мем-первоисточник, надо приложить очень много усилий. Так, например, уже вторую сотню лет лингвисты пытаются восстановить праиндоевропейский язык, на котором говорил легендарный Иафет. Результаты пока скромные. Ведь реконструировать мем — все равно, что предсказывать позавчерашнюю погоду по сегодняшним данным.

Гены тоже подвержены мутациям. Разный цвет волос, дальтонизм и разнообразие групп крови — все это результаты мутаций генов. Кстати, способность усваивать молоко — тоже приобретенный в результате мутации признак, ставший сегодня врожденным. Первоначально взрослый человек не мог усваивать молочный сахар, и лишь в ходе эволюции у него появилась такая способность.

Разумеется, мы не можем запомнить все, что когда-нибудь слышали или читали, и тем более не можем рассказать об этом другим. Но мемы «хотят» распространяться. Они поражают наше воображение, овладевают нашим разумом и заставляют нас передавать их дальше. Мемы конкурируют друг с другом за место в нашей голове, за время нашего разговора, за площадь рекламных щитов, за полосы газет и за книжные страницы. Борьба за существование толкает мемы на разные уловки. Мемы объединяются: мемы сказок дружат с мемом мнения о том, что сказки следует рассказывать детям на ночь. Мемы приспосабливаются: мем конкретного государства принимает самые разные формы, чтобы сохранить свои позиции. Объединяясь и приспосабливаясь, многие мемы живут себе припеваючи, но многие гибнут в схватке за место под солнцем.

Порою трудно сказать, по каким принципам отбираются мемы. Почему, например, в русском языке «самолет» победил «аэроплан», а «зодчий» проиграл «архитектору»? Наверное здесь главную роль играет Его Величество Случай, а в эпизодах участвуют Личный авторитет и Общественное мнение.

Конечно, мемы не во всем похожи на гены. Ведь гены находятся в ДНК наших клеток, а мемы — в нейронных структурах нашего мозга. В отличие от гена, мем можно унаследовать не только от родителей. И мы передаем свои мемы не только детям, а кому только можем. Поэтому мемы живут более насыщенной событиями жизнью, чем гены. Кроме того, вы, наверное, заметили, что мемы мутируют гораздо быстрее генов. Каждая новая копия мема практически содержит новую мутацию, в то время как гены мутируют очень редко. В ста последовательных копиях генов может не быть ни одного изменения, а мем, который прошел через сотню мозгов, может измениться до неузнаваемости. Вспомните, например, о мемах слухов. Вообще по скорости эволюции мемы оставили старые добрые гены далеко позади: за несколько десятков тысяч лет культура прошла такой путь, какой природа проплелась за миллиард.

Но различия не закрывают главного: гены и мемы эволюционируют по сходным законам. Эти законы давно известны человечеству. Ведь уже более ста лет бродит по умам и страницам мем дарвинизма.

Аналогия между мемом и геном наводит на интересные мысли. После нас останутся наши гены и наши мемы. В большинстве случаев мы живем и не думаем, от кого получили свои гены и кому они достанутся потом (если только вы не заботитесь о расовой чистоте).

Другое дело мемы. Если вы внесли в мировую культуру ценный вклад, если у вас родилась хорошая идея, если вы написали песню или стихотворение, изобрели велосипед или фотонную ракету, открыли Америку или новую звезду, то вы создали мем, который сохранит ваше имя еще долгие века после того, как ваши гены как бы перемешаются, обезличатся в общем генофонде человечества. Давно не существует на свете уникальная комбинация генов Сократа, после Христа не осталось ни одного гена вообще, но их мемы, как и мемы Гомера, Коперника или Лейбница, дошли до наших дней и живут в нас с вами. Глупо искать бессмертия в размножении. Оставьте после себя мем, и вы станете бессмертным (надеюсь, вас зовут не Герострат).

К сожалению, мемы создают не только писатели, ученые и философы, но также и мошенники, глупцы и государственные деятели. Многие мемы — это паразиты, которые засоряют наш разум, управляют нашими мыслями, определяют наши поступки. Мемы отнимают у нас много времени. Все это они делают только для того, чтобы как можно шире распространиться. Информационный океан, который создала и под тяжестью которого стонет наша культура, — это бесконтрольно расплодившиеся мемы. Как тут не упомянуть предостережение незабвенного лемовского профессора сварнетики А.Донды о том, что информация, достигнув критического количества, превратится в материю! Мемы используют наши мозги как машины, с помощью которых они размножаются, гены с этой же целью используют наши тела. Поэтому давайте относиться к мемам критически. Может быть, стоит каждый раз задуматься, что за новый мем стучится к нам, и семь раз подумать, стоит ли передавать его кому-нибудь другому.

pic_1995_05_85.jpg

* Слово «мем» (англ. meme) создано как пара слову «ген» (gene) из слова memory (память). В 1988 году слово попало в Оксфордский словарь английского языка.

123

Разные разности

03.12.2021 16:00:00

Профессор Тодд Шмидт из Корнеллского университета задумал совмещение интересов энергетиков и аграриев: предложил запустить на солнечные поля овец.

>>
16.11.2021 18:00:00

…возможно создание легкой и гибкой голографической линзы диаметром более десяти метров, которую можно свернуть для запуска и развернуть в космосе; она преобразует видимый и инфракрасный свет звезд либо в изображение, либо в спектр…

…стандартный медный наконечник зонда атомного силового микроскопа разорвал связь железо—углерод с силой притяжения 150 пиконьютонов…

…сильные землетрясения помогают деревьям расти, загоняя дополнительную воду в почву, окружающую их корни; эти мимолетные всплески роста оставляют следы в клетках древесины, которые также могут быть использованы для датировки древних землетрясений…


>>
15.11.2021 17:00:00

Факт, что робот способен решать многие задачи лучше и быстрее человека разумного, был установлен при поражении Гарри Каспарова в матче с машиной компании IBM «DeepBlue».А смогут ли роботы превзойти людей в обыденной жизни? Свежее подтверждение получили инженеры из Цюрихского университета. Они создавали алгоритм, управляющий полетом квадрокоптера по лабиринту из комнат.

>>
12.11.2021 18:00:00

В ходе испытания и создания нейрокомпьютерных интерфейсов разработчик получает доступ к информации о деятельности мозга своих пациентов. То есть теоретически способен вычислять эмоции, предпочтения или намерения. Моральным ли будет такое занятие?

>>
15.10.2021 17:00:00

…взрослые люди с аутизмом, умственно неполноценные и страдающие расстройствами психики подвержены большему риску подцепить COVID-19 и тяжелее переносят болезнь, если это случилось…

…освещенность живота во время беременности сказывается на развитии мозга эмбриона – чем больше света, тем лучше

…креативная деятельность оказывает нейропротекторный эффект в пожилом возрасте

>>