Износ и медное мыло

Комаров С.М.
(«ХиЖ», 2019, №9)

pic_2019_09_08.jpg

Трение сильно поработало над этим локомотивным подшипником

История создания смазки, которая позволяет избежать износа при трении, началась в 1956 году в СССР. Однако тогда это открытие отечественных инженеров оказалось невостребованным. Удивительно, что и в 2019-м, спустя 28 лет после перехода к рыночной экономике, оно не превратилось в коммерческий продукт. О непростой судьбе открытия и созданных на его основе материалах нашему журналу рассказал кандидат технических наук Сергеем Михайловичем Мамыкиным, технический директор компании «Куппер», которая выпускает масла серии «Cupper», способные обеспечить эффект безызносности деталей при трении.


Безызносность

Эффект безызносности, точнее, избирательного переноса металла, в 1956 году обнаружили Д.Н.Гаркунов, который тогда служил в люберецком НИИ эксплуатации и ремонта авиационной техники, и И.В. Крагельский, руководитель лаборатории общей теории трения в Институте машиноведения АН СССР (ИМАШ), ныне носящем имя академика А.А.Благонравова. «Гаркунов участвовал, в частности, в разборе авиационных происшествий, — рассказывает С.М.Мамыкин. — В 1950-х годах в армию стал поступать новый фронтовой бомбардировщик Ил-28. А спустя несколько лет машины начали часто выходить из строя. Выяснилось, что конструкторы недостаточно тщательно провели расчет: шасси не выдерживали вес. В этих шасси был стальной шток, который ходил в бронзовом цилиндре. Этот шток и оказался слабым местом. Чтобы разобраться в причинах, систему из штока и цилиндра стали всячески испытывать. И вот при некоторых режимах обнаружили интересный феномен: полированная поверхность штока меняла цвет, на ней появлялись красноватые участки: происходил перенос меди на сталь».

Изучение явления показало, что так мягкая медь образует на твердой стальной поверхности защитную пленку, которая препятствует трению не в пример лучше смазки, специально разработанной для этой цели. Более того, процесс избирательного переноса основан на самоорганизации — пленка возникает только там, где материал штока испытывает наибольшие нагрузки, то есть вся система, состоящая из двух трущихся деталей и слоя масла между ними, приспосабливается к условиям трения. И последствия трения уменьшаются не количественно, а качественно — износ деталей падает в разы. Это открытие принесло Гаркунову мировую славу. Так, в 2005 году ему присудили Золотую медаль Английского королевского общества инженеров-трибологов (см. «Химию и жизнь», 2006, 5).

На основании явления избирательного переноса в ИМАШе стали разрабатывать смазки, способные создавать на трущихся деталях слой, подобный хрящу на человеческих суставах, то есть снижающий трение, но при этом самовосстанавливающийся при повреждении (см. «Химию и жизнь», 1974, 5). Важную роль в составе этих смазок играли поверхностно-активные вещества, попросту — мыла: они освобождали поверхность металла для осаждения на ней нужных молекул защитного «хряща».


Зловредный водород

Спустя несколько лет Гаркунов и Крагельский открыли смежный эффект — водородное изнашивание металлов. Проявляется это явление удивительным для материаловедов образом: прочная сталь или твердый чугун истираются не только друг о друга, но и о мягкую медь, а то и вовсе о пластмассу, например, в тормозах локомотивов. В результате такого износа железо, как масло на хлеб, намазывается на поверхность пластика. Как может мягкое разрушать твердое? Эта мысль долго не давала спать трибологам, однако найти объяснение повезло Гаркунову и Крагельскому.

Изучая безызносное трение, они исследовали системы, в которых не было окисления металла, для чего опыты ставили в атмосфере водорода. А он образовывался в виде атомов при распаде глицериновой смазки. Тогда-то и заметили, что при нагреве выше 65оС, как раз, когда начинается разрушение молекул глицерина с освобождением водорода, сталь катастрофически крошится и намазывается на бронзу. Микроанализ показывал, что это не совпадение: в поверхностном слое стали концентрация водорода высока. Логично было предположить, что любая органическая смазка станет при трении, которое всегда приводит к нагреву, давать водород. Однако явление наблюдали и при трении стали о фторопласт, где нет никакого водорода. Откуда же он берется? Подсказку дали железнодорожники: они заметили, что износ колес возрастает весной и осенью, то есть во влажное время года. А в 1969 году немецкие трибологии установили: при трении вода бурно реагирует с чугуном или алюминием, давая оксид металла и атомарный водород.

Как оказалось, к микроскопическим разрушениям стальных изделий во время трения причастно водородное охрупчивание — формирование пузырьков водорода внутри металла и развитие вокруг них трещин. Обычно при таком разрушении металла начинает развиваться лишь одна трещина, поглощая более мелкие. При водородном износе трещинки протягиваются из всех возникших пузырьков, и материал может буквально рассыпаться. Согласно Гаркунову и Крагельскому, водород (см. «Химию и жизнь», 1977, 2) скапливается не у поверхности стали, а на некоторой глубине, потому что именно там металл наиболее сильно нагревается при трении.


Спасительный металл

«Мы уточнили этот механизм, — рассказывает С.М.Мамыкин. — Трущиеся детали всегда имеют неровности. Поэтому, в сущности, нагрузка отнюдь не распределена равномерно по всей поверхности: она концентрируется в том выступе, на который в данный момент давит соседняя деталь. Продолжается это краткий миг, ведь как только детали провернулись, выступ ушел из области нагружения. Однако и за короткое время из-за чудовищного удельного напряжения возможен очень сильный нагрев микроскопической области вокруг этого ничтожного выступа. В нагретой области тогда произойдет полиморфное превращение — альфа-железо станет высокотемпературным гамма-железом, параметр решетки которого в полтора раза больше. Водород по этой неплотной решетке просочится до той границы, где начинается более плотный, не превращенный металл, и там остановится. К этому времени металл остынет и гамма-железо снова станет альфа-железом — водород окажется запертым в ловушке. Так раз за разом газ станет накаливаться в одном и том же месте, и в конце концов там разовьется трещина — зловредный микровыступ выкрошится. Но износ на этом не прекратится — в возникшей каверне напряжения распределены неравномерно, это продолжает цикл поступления водорода — выкрашивание металла».

Так водород оказался основным виновником неисчислимых потерь нашей технической цивилизации от износа трущихся деталей. И спасения от него, казалось бы, нет, поскольку невозможно защитить узлы трения от влаги. Влага неизбежно породит ионы водорода при распаде воды, а железо, которое стоит слева от водорода в ряду электороотрицательности, всегда охотно отдаст электрон оказавшемуся на его поверхности протону, превращая его в атом.

«Спасение от водородного износа существует, — рассказывает С.М.Мамыкин. — Дело в том, что Гаркунов не догадался соединить оба своих открытия — безызносное трение в результате образования тонкой пленки меди и водородное изнашивание. А они ведь прекрасно соединяются. Медь — один из немногих металлов, стоящих в ряду электроотрицательности правее водорода. При этом в отличие от своих твердых соседей — золота, серебра, платины — она неблагородный металл, ее можно широко применять в технике; в этом смысле медь — уникальна. С медью картина износа меняется кардинально: если на стали возникнет защитная пленка из нее, то протон не сможет получить электрон и перейти в атомарную форму. А электрические силы помешают заряженной частице попасть внутрь металла. Водород теряет возможность создавать в глубине детали газовые микропузырьки и вызывать образование трещин. Так безызносное трение оказывается следствием преодоления водородного изнашивания: для защиты от износа нужно всего-то обеспечить формирование пленки меди в тех местах, где сталь выщербилась. Материал обретет способность адаптироваться к нагрузкам и самостоятельно залечивать повреждения. В результате, прирабатываясь, деталь полируется, ее поверхность потом сияет, словно зеркало, тогда как обычно при износе, наоборот, полированная деталь становится матовой. Именно так получается, если применять созданную нами смазку, где совмещены оба открытия Гаркунова».

На основании этой идеи были созданы присадки к маслам, главная составляющая которых — это олеат меди, фактически, медное мыло: из-за него смазки марки «Cupper» приобретают различные оттенки зеленого цвета — от изумрудного до бирюзового. В растворе олеат диссоциирует, и медные ионы, отняв электрон у разогретого от трения железа, врастают в его поверхность, формируют пленку меди, закрывая всю каверну. А там, где каверны нет, сталь не нагрета и пленка меди не возникает. Казалось бы, с появлением такого масла в начале 90-х годов проблема износа при трении должна быть решена окончательно, однако так не случилось.


Создатели героев трека

«Сейчас у нас есть небольшой совместный проект с Федерацией велосипедного спорта России, — продолжает рассказ С.М.Мамыкин. — Монополист на рынке велосипедных смазочных материалов — знаменитая японская компания “Шимано”; ее тормоза и каретки стоят на всех мало-мальски приличных велосипедах, имеющихся на рынке. Она и снабжала маслами наших спортсменов. Пять лет тому назад мы предложили смазочные материалы федерации велоспорта Московской области, они взяли пять килограммов на пробу и быстро выяснили, что наша смазка не хуже японской. А через несколько лет обнаружилось: средние результаты сборной области выросли. Для нас это было неудивительно — мы же знаем, как наше масло снижает трение за счет полировки трущихся деталей. Получился своеобразный технический допинг, когда спортсмен с теми же физическими данными за счет снижения трения дает лучший результат.

Вскоре пришел и 2016 год с олимпийским допинговым скандалом. Федерация велосипедного спорта строго-настрого запретила применять какие-либо лекарственные препараты. "Пусть побеждают за счет техники" — таков был вердикт. И тут рост результатов подмосковных спортсменов оказался очень кстати. Разобравшись, сборная страны с 2017 года уже осознанно стала использовать наши смазки, и с тех пор российские велосипедисты постоянно оказываются на пьедестале почета по итогам гонок на чемпионатах Европы и мира.

Понравились наши масла и автогонщикам, например российский разработчик гоночных болидов "Артлайн" уже пять лет использует наши моторные масла и трансмиссионные смазки в своих машинах "Легендскарс" и гоночных картах на автодроме Мячково.

Успеха в таких скоростных видах спорта удалось достичь потому, что была одна-единственная цель — получить выигрыш от снижения трения. Если же есть некая конкурирующая цель, результат может оказаться и противоположным. Так вышло в результате нашего многолетнего сотрудничества с железной дорогой».


Бизнес 90-х

pic_2019_09_10.jpg

С.М. Мамыкин у прибора, на котором испытывают свойства масла

Когда случилась перестройка, С.М.Мамыкин, как многие в то время, занялся бизнесом: создал компанию, которая упрочняла узлы сцепки вагонов, благо заканчивал МИИТ и имел дружеские связи с железнодорожниками. Бизнес был вполне прибыльным, но хотелось его развивать. Как-то случай свел Мамыкина с Гаркуновым, и тогда родилась идея использовать эффект безызносности в тепловозах.

В этих огромных машинах детали двигателей испытывают большие нагрузки; они быстро изнашиваются и требуют замены. То есть нужно покупать запчасти. Когда перестройка вошла в фазу так называемого кризиса неплатежей, ситуация с запчастями стала невыносимой; не только не было денег на их закупку, но еще и было неясно, где их искать — традиционные поставщики разорялись либо перепрофилировали свои производства, а многие и вовсе оказались за рубежом.

Сокращение износа в такой ситуации выглядело как настоящая панацея, и в локомотивном депо «Рязань» согласились на проведение эксперимента — позволили залить в локомотив безызносное масло. Эксперимент вполне удался — не только износ деталей уменьшился (а об этом судят по количеству металлических частиц, которые оседают на масляном фильтре и по общему содержании железа в масле), но и масло стало служить гораздо дольше. На железной дороге его меняют не так, как в автомобиле — в зависимости от пробега, — а по мере загрязнения. Первая порция загрязнилась быстро, но причина была не в плохих качествах масла, а в том, что содержащиеся в нем поверхностно-активные вещества отмыли многолетние отложения грязи. Вторая же прослужила, сохраняя прозрачность, в три раза дольше, чем обычно. И это логично: нет износа, трение невелико и детали не нагреваются столь сильно, что масло начинает гореть — в нем не образуются загрязнители. Снижение частоты смены масла и само по себе, без учета многократного снижения износа, дает немалую экономию, ведь в локомотив заливают сотни литров, а меняют его до трех раз в год.

Новое масло стали использовать и в других локомотивах. Однажды поставили такой эксперимент. В депо «Рязань» было два одинаковых тепловоза, работающих в сцепке, — они возили тяжелый груз и потому могли работать только в паре. В один заливали безызносное масло, в другой — обычное. Этот второй ломался гораздо чаще, а топлива расходовал больше.

Были проведены испытания и твердой смазки для подшипников. Результаты оказались великолепными: число железных частиц в отработанной смазке уменьшалось в 30–190 раз по сравнению со штатной смазкой, подшипники при длительной работе практически не нагревались. При этом один и тот же вид безызносной смазки можно было использовать вместо нескольких десятков разных смазок, рекомендованных соответствующими техническими регламентами. «Подшипники локомотивов работают при высокой нагрузке, и их надо время от времен менять. А стоят они немало. Например, сейчас для современного локомотива комплект обходится более чем в миллион рублей. Продление срока их службы за счет борьбы с износом дает огромную экономию средств», — поясняет С.М.Мамыкин.

К 1997 году слава о безызносном масле широко разнеслась среди железнодорожников.

— А сможешь ты решить проблему износа колес? — спросили Мамыкина.

— Смогу!

На участках железной дороги есть очень крутые повороты — их еще называют кривыми малого радиуса. Колеса там сильно трутся о рельсы и быстро выходят из строя. Изучение поверхности и колес, и рельсов показывает, что они покрыты микрочешуйками металла подобно шкуре какого-то животного — типичный след водородного износа. Для борьбы с трением при въезде на участок ставят автоматическую масленку; она смазывает колеса проходящих поездов. Это помогает, но лишь отчасти. В такую масленку и заправили экспериментальную порцию смазки, которая подавляет проникновение водорода в металл рельсов и колес. Идея безызносности и здесь сработала — годовые потери от разрушения колес и рельсов в этом эксперименте снизились в пять раз!


Железнодорожное трение

Тем временем закончились 90-е годы, экономика стабилизировалась, как и управляющие ею организационные структуры. История с маслом успешно развивалась: на обслуживании компании Мамыкина оказалось уже почти целое Московско-Рязанское отделение Московской железной дороги, а это десятки тепловозов и десятки километров кривых малого радиуса. Эксперимент потихоньку распространялся и на другие локомотивные депо.

В 2005 году железнодорожное начальство задумалось о возрождении Кусковского завода консистентных смазок, который пришел в полный упадок: Мамыкина попросили стать директором этого завода. Он согласился и организовал участок по выпуску больших, в тысячи тонн, партий безызносных смазок для железной дороги — они составили треть всего объема производства. Несмотря на столь большой объем выпуска, эти смазки в течение шести лет применяли как экспериментальные: они не были включены в технический регламент обслуживания оборудования железной дороги, хотя еще в 2003 году коломенскому Институту подвижного состава (ныне АО «ВНИКТИ»), ответственному за смазочные материалы для локомотивов железной дороги, поручили провести экспериментальную проверку эффективности моторного масла с безызносной присадкой.

«Предварительные данные, полученные в ходе эксперимента, были удивительны, — вспоминает С.М. Мамыкин. — Так, во время эксперимента депо "Новомосковск" сообщило об экономии 24,8% топлива! По окончании я сам видел заключение института, в котором было определено, что средняя экономия топлива составляет 8,8%. Это было огромное количество, в ценах 2005 года на локомотив с одним дизелем — 750 тысяч рублей в год. Однако в окончательном варианте отчета появилось 2,2%. Как так получилось»?

Это очень поучительная история, характерная для современной экономики, хотя она повторяет старую историю неуспеха Гаркунова. Отвлечемся немного от железнодорожной тематики. На XXVII съезде КПСС (1986 год) в числе директив развития народного хозяйства отдельным пунктом было отмечено — всемерно развивать технологии безызносного трения. Более того, М.С.Горбачев в отчетном докладе посетовал на то, что это открытие советских специалистов мало используют в промышленности.

Было проведено расследование, в результате которого в Министерстве топливно-энергетических ресурсов полетели головы, в частности, поста лишился один из заместителей министра. Казалось бы, дело должно наладиться, однако бюрократическая система такого насилия не стерпела и встала на защиту своих людей: Гаркунов оказался врагом целой отрасли. Ведь, выходит, целый отраслевой институт, разрабатывающий смазки, занимается вредительством и очковтирательством — их смазки не могут предотвратить износ деталей, наносящий огромный убыток народному хозяйству. И средство радикальной борьбы с износом имеется, да только институт его игнорирует. Однако именно этот институт разрабатывает технические регламенты на использование смазок. Он и затормозил дело, ведь никто не станет применять нерекомендованную смазку по понятной причине — случись какая-то авария, никому не хочется быть крайним, а хочется прикрыться параграфом инструкции. Поэтому выпуск одной марки безызносного масла наладили на одном заводе, но, при отсутствии его в технических регламентах, никто такое масло не брал, и его, как не пользующееся спросом, сняли с производства; бюрократическая система тогда одержала верх.

«В нынешнем железнодорожном ведомстве уже с нашим маслом события развивались так, — поясняет С.М.Мамыкин. — Управлению по снабжению горюче-смазочными материалами выгодно иметь большие запасы этих материалов, а поставщикам — продавать такие большие объемы. То есть их интересы совпадают. Экономия топлива и масла ведет к падению закупок, это плохо для обоих, так, у управления снижаются возможности для маневра в случае каких-то непредвиденных трат. Я знаю, что руководителям депо, где зафиксировали экономию топлива в 24,8%, было сказано — вы настаиваете на такой экономии? Смотрите, вам ведь срежут на четверть лимиты топлива, хотите? Конечно, нет, разумно согласились специалисты депо. Сотрудникам же института было прямо сказано — как хотите, а доводите экономию топлива до 2%. Что они и сделали. Так наша дружба с железнодорожниками закончилась, и это очень печально, ведь убытки, которые железная дорога несет из-за износа, входят в цену всех доставляемых по ней товаров. То есть износ оплачиваем все мы».


Смазка лечит автомобиль и человека

Компания Мамыкина, впрочем, не осталась без работы. Масло, снижающее износ, нашло новую рыночную нишу — это автомобили.

Каждые 5–10 тысяч км или каждый год — в зависимости от того, что наступит раньше, положено менять масло в двигателе. Оно загрязняется как за счет продуктов износа, так и продуктами своего теплового разложения. Время от времени, примерно каждые 50 тысяч км, нужно менять масло в коробке передач, трансмиссии и в прочих трущихся узлах. В общем, при развитом автопарке масла нужно много, а безызносное масло может обеспечить немалую экономию. Однако есть проблема, связанная с рекомендуемыми компаниями-изготовителями автомобилей регламентами на обслуживания. Менять масло на нештатное никто не будет — чтобы не брать лишней ответственности. Казалось бы, можно изменить регламент, но тогда надо договариваться с компанией-изготовителем автомобиля или двигателя. Этот способ не сработал. «В 2009 году мы договорились с московским Первым автокомбинатом им. Г.Л.Краузе об испытаниях масла для дизельных двигателей. Автохозяйство выделило для этих целей по три автомобиля МАЗ, ЗИЛ и шесть КамАЗов. Масло прекрасно себя проявило — оно отмыло многолетнюю грязь из двигателей, и машины работали бесперебойно как холодной зимой, так и жарким летом 2010 года. В результате масло стали использовать еще на семи МАЗах, ЗИЛах и девяти КамАЗАх, двигатели которых прошли капитальный ремонт. Срок замены масла при этом увеличился в полтора раза. По результатам работы было составлено обращение в компанию «Автодизель», которая выпускает двигатели, с просьбой провести заводские испытания, но понимания со стороны завода найти не удалось».

Не удалось найти понимания ни в компании «Алроса» с ее парком тяжелых самосвалов, ни у нефтяников — им смазка нужна для буровых установок, ни с концерном «Калашников». «Последнее особенно печально, ведь придуманная нами оружейная смазка универсальна, — сетует С.М.Мамыкин. — Ее можно использовать не только для чистки оружия — в сущности, баллончик этой смазки должен быть в каждом доме. Она прекрасно реанимирует наглухо заржавевшие дверные петли и прочие соединения, заедающие замки, позволяет открутить приржавевшую к болту гайку. Более того, она же служит средством первой медицинской помощи при ранении, ведь медь — отличный антисептик. Я проверил действие смазки на себе — однажды глубоко распорол руку стамеской, и кровь остановить было нечем; залил порез смазкой, замотал тряпкой — к удивлению, уже через полчаса ее можно было снимать: рана затянулась, медь в организме человека отвечает за выработку белка, склеивающего ткани. Наверное, такая смазка в комплекте принадлежностей автомата Калашникова пригодилась бы бойцу в экстремальной ситуации».

В отличие от корпоративных, частные владельцы машин отнеслись к идеям безызносности с большим пониманием и сформировали своеобразный клуб любителей масла «Cupper». Некоторые проводят на своих машинах опыты, в сущности выполняя работу вместо исследовательских подразделений автоконцернов. Результаты, выложенные на автомобильных форумах, вызывают живое обсуждение, однако, в соответствии со сложившейся практикой информационного общества, в итоге формируется вероятностная правда, когда истину находят голосованием.

Действительно, вычленить нечто рациональное из таких опытов нелегко, ведь они проходят на различных марках машин с разной историей и в разных условиях эксплуатации. В результате кто-то наблюдает снижение расхода топлива, которое даже окупает затраты на покупку масла, кто-то нет. У кого-то масло сильно выгорает, и его приходится постоянно подливать, а кто-то отмечает его стабильную работу. У одних скорости после замены масла в коробке передач переключаются плавнее, у других, напротив, коробка передач начинает работать со скрипом. Все сходятся во мнении, что масло с медным мылом прекрасно отмывает все узлы двигателя и масляно-топливной системы, однако и это может приводить к неприятностям. Например, если грязь наросла на изношенных сальниках, то она закрывает все щели и масло не просачивается. А когда грязь будет отмыта, сальники станут подтекать, и им потребуется замена. Ориентируясь на эту вероятностную правду, автолюбители приходят к мнению о покупке безызносного масла, следуя скорее зову сердца, чем доводам разума, упуская, что главное все-таки не экономия топлива или борьба с грязью, а продление срока службы трущихся деталей, борьба с износом. Износ же заметить на глазок нельзя, для этого требуется химический анализ масла.

«У нас есть автомобиль "Ларгус", который мы используем для доставки масла покупателям нашего интернет-магазина, — объясняет С.М.Мамыкин. — На нем идет длительный опыт: на одной смене масла он уже прошел более 40 тысяч км. Каждые десять тысяч мы делаем анализ масла. И видим, что его состав практически не меняется. Главное — в нем не растет концентрация железа. То есть износа практически нет. От анализа к анализу появляются и исчезают всплески концентрации некоторых химических элементов. Мы понимаем, откуда это берется — вымывается грязь из каких-то закоулков, где она накопилась при использовании штатного масла. Это очень интересный опыт — он показывает, что безызносное масло может служить неограниченно долго».


Экономический антагонизм

Опыты, которые ставят любители, дают представление о возможностях борьбы с износом. Однако для того, чтобы эффект приносил пользу не в отдельных случаях, а системно, такие опыты должны проводить сами изготовители техники и по их итогам создавать для каждого ее вида безызносную смазку с оптимальными свойствами. Этого не происходит, несмотря на полувековую историю открытия, и есть подозрение, что тут виноват не чей-то злой умысел, а действующие экономические правила.

В настоящее время на планете главенствует экономика непрерывного роста. В ней успех стран оценивают по росту ВВП, компаний — по росту доходов. Соответственно, на всех уровнях субъекты экономики стремятся поддерживать этот рост, что неизбежно требует не экономии, а роста используемых ресурсов. В результате призыв Л.И.Брежнева — «экономика должна быть экономной» — оказывается своеобразным прозрением: имеющаяся экономическая система принципиально не способна бережно расходовать ресурсы и для экономии требуется совершить некое волевое внеэкономическое усилие.

В самом деле, снижение износа, расхода масла и расхода топлива нужно лишь двум экономическим субъектам: человечеству в целом и отдельным конечным пользователям. Первому это нужно потому, что возрастающее использование ресурсов ведет к ликвидации его среды обитания. Второму же дает экономию личных ресурсов. Но вот всей рыночной цепочке, что стоит между изобретателем безызносного масла и его потребителем, экономия совершенно не нужна. Снижение расхода масла наносит ущерб интересам работников сервиса, которые получают доход от его замены. Не нужно долго работающее безызносное масло и продавцу — ему требуется товар, который покупают как можно чаще. Снижение износа бьет по сервису, продавцу и изготовителю запчастей. «Вечный» автомобиль — вообще ночной кошмар любого автоизготовителя. При таком конфликте интересов трудно ожидать, что эффект безызносности найдет теплый прием у всех заинтересованных сторон.

Этот эффект нужен в принципиально другой экономической системе, которую швейцарский экономист Вальтер Штахель (см. «Химию и жизнь», 2013, 12) назвал экономикой снижающихся оборотов. В ней за счет длительного повторного использования вещей, повышения их долговечности, постоянного ремонта и полной переработки того, что все-таки сломалось, предполагается сделать минимальными потоки материалов и энергии, а в идеале и вовсе замкнуть их кругооборот, отказавшись от вовлечения каких-то новых ресурсов, разве что энергии солнечного света, поступающего на планету во все возрастающем количестве. Безызносное трение явно оказывается важным элементом этой, новой, экономики, которая в настоящее время пребывает в маргинальном состоянии, но, несомненно, именно она станет главной в недалеком будущем.

pic_2019_09_11.jpg

Масло, обеспечиваюшее эффект безызности, создано для самых разных механизмов


Разные разности

07.10.2019 17:00:00

...устройство весом 307 г, прикрепленное к колену пользователя, может генерировать 1,6 микроватта энергии за счет движения ноги при ходьбе...

...брюхоногий моллюск Chrysomallon squamiferum стал первым глубоководным животным, оказавшимся под угрозой исчезновения из-за добычи полезных ископаемых на морском дне...

...водные экстракты кузнечиков, сверчков и шелковичных червей в пять раз богаче антиоксидантами, чем апельсиновый сок...


>>
27.09.2019 12:00:00

Развитие информационных технологий породили много интересных явлений. Одно из них – журналы открытого доступа, из которых несколько лет назад выделилась особая группа так называемых журналов-хищников (predatory journals).

>>
25.09.2019 18:00:00

Британские историки ищут добровольцев для расшифровки записей сэра Хемфри Дэви. Поучаствовать в проекте можно на сайте zooniverse.org

http://bit.ly/HDavy

>>
02.09.2019 17:00:00

...японский космический аппарат «Хаябуса-2» взял образец материала из глубины астероида Рюгу и должен вернуться на Землю в декабре 2020 года...

...разработаны умные очки, компенсирующие возрастную потерю способности глаза к аккомодации...

...у членов парламента Великобритании больше проблем с психическим здоровьем, чем в среднем по популяции...


>>
27.08.2019 16:00:00

В мире сложилась странная ситуация, когда одни стремятся всеми силами уменьшить выбросы углекислого газа, а другие планируют эти выбросы увеличивать – строят всё новые электростанции и котельные для получения энергии из ископаемого топлива

>>