Еще раз о девяти расстрелянных

Петухов С.
(«ХиЖ», 1998, №1)

Порой диву даешься, как ловко в шумихе вокруг захоронения царских останков обходят самую суть вопроса: чьи же они на самом деле, эти останки? Ведь если не царские, то все остальное не имеет смысла. А на этот вопрос не может ответить даже архив колчаковского следователя Н.Соколова, кстати, давным-давно опубликованный в виде книги, в том числе и на русском языке.

В 1991—1993 годах была проведена судебно-медицинская и молекулярно-генетическая экспертиза останков, найденных в окрестностях Екатеринбурга (об этом было подробно рассказано в очерке А.Д.Иорданского «Рассказ о девяти расстрелянных» — «Химия и жизнь», 1993, № 4). Тогда, в 1993 году, казалось, что любому человеку, знакомому с биологией на уровне средней школы, понятно: в так называемой Ганиной яме в окрестностях Екатеринбурга покоились кости не кого-то другого, а именно последнего русского царя Романова, царицы Александры Федоровны, их дочерей — великих княжен Татьяны, Ольги, Анастасии, доктора Боткина, «фрейлины» (на самом деле прислуги царицы) Демидовой, лакея Труппа и повара Харитонова. Но, как выяснилось, этот вполне очевидный для многих факт все еще не очевиден — ив первую очередь для православных иерархов и правительства Российской Федерации. Впрочем, обо всем по порядку.

s19980129.JPG

«Принять к сведению»

Такую резолюцию приняли кремлевские большевики во главе с Лениным в июле 1918 года, заслушав шифрованное телеграфное сообщение своих уральских товарищей «о проделанной работе». Уральские товарищи постарались на славу — убитых без суда и следствия не могли найти больше шести десятков лет. Но и после этого обнаружившие их люди ровно десять лет хранили тайну, справедливо опасаясь, что с царскими останками поступят точно так же, как в 1976 году первый секретарь Свердловского обкома КПСС Б.Н.Ельцин поступил с домом Ипатьева.

И только в 1989 году доктор геолого-минералогических наук А.Н.Авдонин и писатель Гелий Рябов, в прошлом референт министра МВД Н.А.Щелокова, рискнули раскрыть место захоронения. (Между прочим, как выяснилось потом, еще в 1979 году Щелоков знал об обнаружении царской могилы — Рябов рассказал ему, по старой памяти навестив бывшего шефа на его служебной даче, и при этом разговоре присутствовал свидетель — дочь министра. Наверное, знал Щелоков и о попытках Рябова организовать в Москве опознание останков по трем черепам, которые Авдонин с Рябовым извлекли из Ганиной ямы и Рябов привез в Москву. Не этим ли объясняется то странное обстоятельство, что Рябова даже не вызвали в КГБ, хотя там прекрасно знали о его «самодеятельности» из сообщения одного эксперта, к которому он обратился? В 1980 году Рябов и Авдонин вернули эти три черепа, как потом стало известно — Демидовой, Татьяны и Ольги, в могилу, закопав туда же еще и иконку.)

11, 12 и 13 июля 1991 года из Ганиной ямы, или, по официальной формулировке, — из группового захоронения в районе мостоотряда № 72 г.Свердловска, удалось эксгумировать около 900 костей. Далее согласно уголовно-процессуальным нормам была назначена комплексная медико-криминалистическая экспертиза, и дело наконец-то встало на накатанные следственные рельсы.

Итак, следователи свердловской, а потом — когда прокурор-криминалист Генпрокуратуры РФ В.Н.Соловьев 19 августа 1993 года возбудил уголовное дело № 18/123666- 93 «по обстоятельствам обнаружения девяти неопознанных трупов» — и Генеральной прокуратуры, отрабатывали сразу несколько версий. Кстати, и эксперты-идентификаторы всегда работают, тоже отталкиваясь от какой-то версии. Нельзя идентифицировать нечто абстрактное, нужно опереться хотя бы на гипотезу: не то ли это, что мы предполагаем? Не произошло ли это от того, что мы предполагаем? И эта версия либо подтверждается, либо опровергается. Если опровергается, проверяют следующую. И так далее.

Поскольку, согласно расхожей версии, на которой настаивали Авдонин и Рябов и в пользу которой говорили документы колчаковского следователя Соколова, кости принадлежали расстрелянной царской семье и ее слугам, с нее и начали.

В 1991 году экспертизой занималось Бюро главной судмедэкспертизы Минздрава РФ под началом Главного судмедэксперта России. В экспертную комиссию вошли специалисты по всем направлениям криминалистики и судебно-медицинской экспертизы — судебные стоматологи, патологоанатомы, танатологи и так далее. В 1993 году «Химия и жизнь» подробно писала, кто именно вошел в эту комиссию и кто чем занимался.

Экпертиза пошла традиционным путем. Прежде всего следовало определить, останки скольких людей покоились в Ганиной яме, ибо кости в ней были перемешаны. Затем надо было установить расу, пол, возраст и рост каждого. Эта работа заняла больше года. Из россыпи костей собрали скелеты, и тут же возникло первое сомнение: в могиле оказалось всего девять человек, а не одиннадцать, как ожидали, исходя из «царской» версии. Напомню, что, согласно так называемой «записке Юровского» (главного палача от Уралсовета) расстреляли всех узников дома Ипатьева: Николая, Александру, их дочерей Татьяну, Ольгу, Марию и Анастасию, 13-летнего сына Алексея, «фрейлину» Демидову, семейного врача Боткина, лакея Труппа и повара Харитонова. Но в могиле не хватало одного детского скелета мужского пола и одного скелета молодой женщины. С другой стороны, в пользу «царской» версии косвенно свидетельствовали возраст, пол, рост найденных, а также пули, предположительно, от маузера, браунинга и нагана, обнаруженные в яме.

Специалисты из Бюро главной судмедэкспертизы разработали специальную компьютерную программу и провели компьютерное фотосовмещение черепов с прижизненными фотографиями (об этом будет подробно рассказано в статье С.А.Никитина в следующем номере журнала). В петербургской Военно-медицинской академии было изучено состояние зубов покойных, в частности особенности протезирования. Класс работы протезистов был очень высок — золото, платина, фарфор на зубах у четырех из пяти женских черепов в захоронении, и стало ясно, что, по крайней мере, они относятся к высшей аристократии. (Царь Николай II, как потом выяснилось, за своими зубами не очень следил и даже болел пародонтозом.)

s19980132.JPG
Николай Романов купается. Виден характерный изгиб позвоночника. (Фото семейного царского фотографа)

Таким образом, все косвенные данные, которые можно было собрать, были собраны. Все они не противоречили «царской» версии — кроме отсутствия в захоронении еще двух скелетов. Но если все- таки исходить из нее и принять во внимание половые и возрастные характеристики девяти имеющихся скелетов, то не хватало цесаревича Алексея и одной из его старших сестер. Что в общем-то тоже укладывалось в версию, если учесть, что убийцы, согласно документам, предпринимали попытки расчленить и сжечь останки своих жертв. А кроме того, ходили глухие слухи, будто казнили не всех обреченных. Кстати, потом по совокупности всех данных эксперты сделали вывод, что в захоронении отсутствовала великая княжна Мария, — и эта деталь, если хотите, лишний раз подтверждает объективность экспертов и их методов. Ведь все ожидали, что в Ганиной яме не окажется Анастасии, которая время от времени возникала живой в разных странах. Теперь с очень большой вероятностью можно говорить, что все эти «Анастасии» были самозванками. И молекулярно-генетический анализ любой из них, если кому-то захочется его сделать, почти наверняка это подтвердит.

Одним словом, методы классической судмедэкспертизы исчерпали себя, так и не дав однозначного ответа, кто же на самом деле похоронен в Ганиной яме. Результаты экспертизы можно было «принять к сведению» — но не более того. Встал вопрос — что делать дальше?

А дальше надо было провести прямую идентификацию, и сделать это было возможно только одним методом — методом ДНК-дактилоскопии.

ДНК-размышления

В экспертную комиссию пригласили одного из ведущих молекулярных биологов страны П.Л.Иванова и поручили ему возглавить молекулярно-генетическое направление исследований. Одновременно с Ивановым к делу подключилась Генеральная прокуратура РФ в лице прокурора-криминалиста В.Н.Соловьева. Подписанное генпрокурором Степанковым постановление предписывало Иванову привлечь специалистов и решить вопрос, как и что можно сделать. Впрочем, это громко сказано — на самом деле Павел Леонидович должен был напрячься и самостоятельно решить, что можно сделать и можно ли вообще что-то сделать. К счастью, Генпрокуратура сразу официально дала Иванову санкцию, а попросту говоря, разрешила ему привлекать к экспертизе зарубежных специалистов и зарубежные лаборатории, если те, разумеется, согласятся. К счастью — потому что в России к 1991 году остались только хорошие мозги и руки, а того, к чему эти мозги и руки прикладывают — экспериментальной базы (лаборатории, приборов, реактивов, денег на зарплату), — уже не было.

Теоретически Иванов знал, что надо делать. Прежде всего следовало выделить из останков всех похороненных в Ганиной яме ДНК, причем как из ядер клеток, так и из митохондрий — клеточных органелл, отвечающих за энергетику клетки (в них тоже есть своя ДНК, отличная от ядерной). А потом сравнить: пробы ядерной ДНК — между собой (чтобы установить родственные отношения похороненных в братской могиле), а пробы митохондриальной ДНК — с аналогичными пробами ныне живущих заведомых потомков Романовых по женской линии. Дело в том, что в ДНК из клеточных ядер (хромосомная ДНК) наследуется по менделевским законам, а проще говоря, хромосомная ДНК — это гибрид ДНК отца и матери. С каждым поколением потомства хромосомная ДНК данного конкретного человека разбавляется — в два раза, в четыре, в восемь, в шестнадцать и так далее. При этом надежно проследить через два-три поколения какую- либо хромосомную генетическую особенность можно только в том случае, если это какой-то уникальный признак, например редкая наследственная аномалия (которая внешне может выражаться в виде наследственной болезни). Но если подобных генетических аномалий в семье нет, то для установления родства используют так называемые нейтральные хромосомные маркеры, то есть, по сути, отдельные кусочки хромосом — хромосомные гены, которые существуют в природе во многих вариантах (аллелях). Один из аллелей попадает в ребенка от отца, второй — от матери. Оба они в сумме дают какой- то эффект, причем внешне (фенотипически) этот эффект не проявляется — именно поэтому их называют нейтральными. Тем не менее эти нейтральные хромосомные маркеры — самые настоящие гены индивидуальности. Не в том смысле, что они определяют внешность или характер человека, — нет, они как бы маркируют данного человека, по ним можно отличить его от близких родственников.

Надо помнить, что 99,9% генов у всех людей абсолютно одинаковы. Иначе и быть не может, ибо они характеризуют человека как биологический вид, отделяют его непреодолимой границей от других приматов. В противном случае мы могли бы иметь детей от шимпанзе или гориллы. Так что выбор невелик: всего на сегодня известно лишь несколько десятков нейтральных хромосомных маркеров (генов), по комбинации которых можно определять родство людей. Эти гены располагаются на разных хромосомах (неполовых) и поэтому свободно комбинируются при переходе от поколения к поколению (разумеется, если браки между людьми не родственные). Число комбинаций этих генов с каждым поколением возрастает, и, соответственно, вероятность каждого варианта сильно падает. Таким образом, с помощью хромосомного ДНК-анализа можно установить родственные связи между родителями и детьми, родными братьями и сестрами, но при более дальнем родстве ничего сказать наверняка нельзя. Бабушка и внук, кузен и кузина могут различаться по нейтральным генам, как абсолютно чужие люди.

Совсем другое дело — митохондриальная ДНК. Она принципиально отличается от ядерной (хромосомной) тем, что наследуется не по Менделю. Поскольку в сперматозоидах митохондрий нет, митохондриальная ДНК наследуется исключительно по женской линии: от матери передается всем детям, от дочерей — их детям. И так далее.

На этом и построена митохондриальная ДНК-дактилоскопия. Например, участок из середины цепочки ДНК может выглядеть так:

...Ц-А- А- А- А - А -Т-  Г - А -Ц- Т- Т - Т - Г...

...8  9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21..

Цифры — это номера нуклеотидов по порядку с начала молекулы ДНК. Здесь для простоты взяты небольшие номера, а на самом деле целиком расшифрованная молекула митохондриальной ДНК состоит из тысяч буковок, каждая из которых имеет свой номер. Расшифровать ДНК конкретного человека, например вашу, — не велика хитрость, это давно научились делать; гораздо сложнее понять, что мы видим перед собой в длинном ряду букв.

Пять «А» подряд в позициях с 9-й по 13-ю говорят, что вы — человек, а не шимпанзе (у обезьян в 10-й позиции стоит Ц). Три «Т» на 18-м, 19-м и 20-м местах свидетельствуют, что вы, скорее всего, русский по национальности или, по крайней мере, ваши предки были русскими. А вот то же самое «Т», но в 14-й позиции встречается довольно редко — всего у одного человека из ста, причем независимо от национальности. И если оно там есть в ДНК двух разных людей, то с вероятностью 10 000 (100x100) к 1 они родственники.

Допустим теперь, что «Г» в 21-й позиции — столь же редкий признак и тоже встречается только у каждого сотого человека среди всего населения Земли. И в двух пробах ДНК от двух разных людей сразу совпадают и «Т» в 14-позиции, и «Г» в 21-й. Тогда вероятность того, что они родственники, будет уже не 10 000 к 1, а еще в 10 тысяч раз больше, то есть 100 000 000 (сто миллионов!) к 1.

Поскольку гены родителей в этом случае не смешиваются, митохондриальная ДНК может измениться только в результате мутаций. А такие мутации — событие исключительно редкое. По современным оценкам генетиков, одна точечная мутация возникает раз в несколько тысяч лет. Поэтому можно проследить митохондриальные гены, например, королевы Великобритании Виктории у ее праправнука принца Филипа, мужа нынешней королевы Елизаветы II. А применительно к экспертизе останков из Ганиной ямы надлежало выделить из них митохондриальную ДНК и сравнить ее с ДНК из митохондрий ныне здравствующих родственников Николая и Александры по женской линии.

Такова была теория. Но еще Иванову было хорошо известно, что фундаментальные научные исследования ДНК — это одно, а конкретная экспертная задача — совсем другое. В чистой науке результат носит больше демонстрационный характер — мол, смотрите, что получилось. В принципе таким способом можно, значит, решать и конкретные прикладные задачи, в частности — подтвердить или опровергнуть родство похороненных в Ганиной яме с ныне живущими Романовыми. Но только если вы сумеете выделить достаточное количество ДНК, если пробы будут хорошего качества и без примесей, если вы будете точно соблюдать методику, разработанную для некоего демонстрационного эксперимента, если у вас для этого есть условия (лаборатория, приборы, реактивы, деньги), если... Одним словом, таких «если» было превеликое множество.

Иванов знал, в каких странах и в каких лабораториях занимаются хромосомным ДНК-анализом. Такие лаборатории можно было пересчитать по пальцам, но все-таки здесь был выбор — к кому обратиться за помощью. С митохондриальной ДНК дело обстояло сложнее — тут выбор в 1991 году был намного меньше. Например, ею серьезно занимались в США, в лаборатории Аллана Уилсона, который развивал теорию происхождения всех людей от одной-единственной праматери — так называемой родезийской Евы. Но в уилсоновской лаборатории занимались чистой наукой, а не судебно-медицинской экспертизой. По этой же причине отпали и немцы, имевшие хорошую экспериментальную базу. В лаборатории Сванте Паабо, ученика Уилсона, успешно работали с митохондриальной ДНК и даже сумели расшифровать ее у «тирольского человека», который жил 5000 лет назад и хорошо сохранившуюся мумию которого нашли в Альпах, но это опять-таки была скорее чисто научная задача, а не экспертная.

Самым подходящим местом была лаборатория профессора Питера Гилла в Криминалистическом центре Великобритании. Аналогичную лабораторию как раз в то время разворачивали у себя и американские военные (в дальнейшем, кстати, внимательно следившие за успехами Гилла и Иванова). Но у британцев уже была накоплена довольно представительная база данных по митохондриальным генам. А то, что Павел был лично знаком с Питером, окончательно склонило Иванова в пользу англичан. Форин- и Хоум-офисы (то есть британские МИД и МВД) более чем любезно откликнулись на просьбу российской экспертной комисссии — даже все расходы по проведению анализов взяли на себя. А Павел Леонидович первым из российских граждан получил допуск для работы в закрытой лаборатории британского Министерства внутренних дел, располагавшейся тогда в местечке Олдермастон, километрах в 70 от Лондона.

s19980130.JPG
Павел Иванов (слева) и Питер Гилл в Олдермастонской лаборатории

Трудовые будни

Прежде всего надлежало выделить достаточное для анализа количество ДНК — как ядерной, так и митохондриальной. В противном случае вся затея теряла смысл. Выделение ДНК даже из крупного образца свежей ткани — достаточно сложная и трудоемкая задача, а тут приходилось иметь дело с трухлявыми костями, пролежавшими в земле 73 года.

Кости были в очень плохом состоянии, поэтому Иванову и Гиллу пришлось разработать свой метод экстракции ДНК — все другие, существовавшие на тот момент, давали ДНК недостаточной чистоты: вместе с ДНК в пробу попадали всевозможные окисленные примеси, содержавшиеся в самой кости. Но в итоге все-таки удалось получить в пробирке водный раствор, в котором плавали коротенькие обрывки молекул ДНК.

Но мало того, что ДНК оказалась разрушенной — было ее, как говорится, кот наплакал: порядка 20 пикограмм в каждой пробирке. То есть штучные молекулы. Для анализа же требуются не отдельные молекулы, а вещество. Поэтому на следующем этапе эти штучные молекулы размножали в виде точных копий с помощью метода полимеразной цепной реакции. Для этого тоже пришлось исхитриться и придумать специальную систему амплификации коротких фрагментов молекул ДНК.

А потом определили пол всех эксгумированных из братского захоронения. Здесь тоже пришлось проявить чудеса изобретательности: из-за плохой сохранности костей известные тогда генетические методы определения пола оказались неэффективными. Гилл и Иванов, по сути, создали в 1991 году новую методику, которая оказалась настолько удачной, что до сих пор верой и правдой служит криминалистам всех стран (а семилетний стаж прикладной методики в такой бурно развивающейся области науки, как молекулярная генетика — это, между прочим, пока что рекорд!). Результаты Иванова и Гилла в точности совпали с уже известными данными, полученными традиционными методами криминалистики.

Далее с помощью хромосомного ДНК-анализа проверили всех на родство, и оказалось, что пятеро из девяти были близкими родственниками: отец, мать и трое дочерей. Остальные четверо из найденных в могиле ни с ними, ни между собой в родстве не состояли. То есть, если исходить из «царской» версии, это были доктор Боткин и прислуга: Демидова, лакей и повар.

Параллельно шла работа с митохондриальной ДНК. Здесь, в отличие от ядерных (хромосомных) генов, трудностей было еще больше. Дело в том, что два совершенно разных человека могут отличаться друг от друга всего лишь одним из сотен и тысяч нуклеотидных оснований, составляющих молекулу митохондриальной ДНК. То есть сначала надо выписать на листочек в виде буквенного кода всю последовательность нуклеотидов у двух разных людей и потом найти (или не найти) разницу. Но для этого необходимо было сначала секвенировать, то есть расшифровать, последовательность оснований в каждом из обрывков митохондриальной ДНК, содержащихся в пробирке, а самый короткий из них был порядка двухсот нуклеотидов. Специалисты знают, какая это трудоемкая работа. А в данном случае еще пришлось мудрить с методом секвенирования — обычные не годились из- за малой длины обрывков молекул ДНК.

При анализе хромосомной ДНК бывает достаточно засечь не точечные замещения, а те, что происходят целыми блоками, поэтому и работать с ней попроще. Здесь анализ, как правило, завершается, не доходя до стадии полной расшифровки генетического кода. Достаточно с помощью полимеразной цепной реакции амплифицировать определенные участки и посмотреть, одинаковой они или разной длины. Если разной, то произошло выпадение или, наоборот, вставка блоков, а это значит, что данный участок ДНК у сравниваемых людей не совпадает. И различия, кстати, видны сразу на глаз — фрагменты ДНК имеют вид полосочек на пластине геля, сильно смахивающих на «штриховой код», который наклеивают на товары в супермаркетах. Разумеется, потом все уточняется, но опытному экспериментатору достаточно одного взгляда, чтобы понять, есть совпадение или нет.

Митохондриальную же ДНК, повторяю, приходится расшифровывать всю и практически вручную. Конечно, существуют самописцы, которые рисуют разными цветами пики, соответствующие каждому нуклеотиду, и даже для пущей ясности ставят над каждым пиком соответствующую буковку. Есть и лазерные считывающие устройства, которые читают эти буковки и загоняют их в память компьютера, а потом компьютер в считанные секунды сравнит две последовательности и высветит на экране, в какой по счету точке различие, какое оно, сколько всего различий... Но все это не более чем малая механизация — готовить-то пробу и вести анализ приходится вручную.

В общем, предварительная подготовка и анализ заняли у Павла Иванова, Питера Гилла и его шести сотрудников почти год. Пробы останков из Ганиной ямы были проанализированы. Теперь оставалось сравнить их с аналогичными пробами, взятыми у ныне здравствующих родственников Романовых — напомню, по женской линии.

И тут началось самое интересное.


Окончание следует



Рассказ о девяти расстрелянных

Как был восстановлен облик Николая II

Снова о генетике царской семьи


Разные разности

01.08.2017 23:27:00
...явление квантовой запутанности продемонстрировано для фотонных пар, разделенных расстоянием 1203 км на Земле, с ретрансляцией через спутник. Результаты показывают возможность будущей глобальной сети квантовой связи («Science», 2017, 356, 6343, 1140—1144, doi: 10.1126 / science.aan3211)...
>>
06.07.2017 10:00:00
...Казанский федеральный университет принял решение прекратить сотрудничество с итальянским хирургом-трансплантологом Паоло Маккиарини, ранее уличенным в этических нарушениях и фальсификации данных («Science», 2017, doi: 10.1126/science.aal1201)...
>>
31.05.2017 14:02:00
...космический аппарат «Кассини» в последний раз прошел мимо Титана, крупнейшего спутника Сатурна, и направляется в область между планетой и ее кольцами, через которую пройдет 22 раза, а затем, в сентябре 2017 года, нырнет в атмосферу Сатурна («Nature», 2017, 544, 7649, 149—150, doi:10.1038/544149a)...
>>
30.04.2017 10:57:00
...международная коллаборация биологов создала дрожжи с искусственными хромосомами — первый эукариотический организм с синтетическим геномом («Science», 2017, 355, 6329, 1040—1044, doi: 10.1126/science.aaf4557, и другие материалы этого номера)...
>>
30.03.2017 14:30:00
...на карликовой планете Церере в астероидном поясе есть органическое вещество, и оно, по-видимому, не занесено извне, а образовалось на месте («Science», 2017, 355, 6326, 719—722, doi: 10.1126/science.aaj2305)...
>>